Не отринь же меня, Спаситель! Се — Твое колдовство!

Выше сердце мое несите: Это голос — живой!

Бог идет по траве бессонниц, Не сгибая колен. Помолись за меня Мадонне И хмельного налей!

Голос флейты — над полем битвы! И над полем любви! Будь же Счастье моей молитвой, Лучше прежних молитв!

Фло слушала, закрыв глаза, а когда он кончил, спросила:

— Твой дед был верующим католиком?

— Глубоко верующим!

— Жаль, что ты не пишешь стихов! — сказала Фло и вздохнула.

— Жаль! — согласился Рохан. — Зато я их читаю. Эй, потолок поднимайте Выше, плотники, выше! Входит жених, подобный Арею! Выше самых высоких мужей!

Это — Сафо, о моя более дорогая, чем золото!

— Я знаю! — сказала Фло.

Рохан развел руками:

— Что бы я не намеревался высказать…

— «Если бы твой язык не намеревался высказать ничего дурного, то стыд не заволакивал бы глаз твоих… — процитировала девушка.

— О, это не стыд, моя милая, это — скромность! — парировал Рохан. — Я полагаю, мы идем на посадку?

«Он похож на своего деда! — подумал Дин Джибс, чей самолет как раз в этот момент остановился в конце полосы. — Зайду, к нему завтра. Надо присмотреть за мальчиком! Как бы он не угодил в неприятность в этой чертовой стране? Хм! „Парадиз!“ Однако, с деньгами у паренька все в порядке! Или — у его девушки? Славные дети! Нет, я непременно проведаю их!»

И, довольный принятым решением, Джибс встал и направился к выходу навстречу палящему солнцу.

— Эй! — проворковала Фло. — Мы ищем твоего дядю или у нас медовый месяц? Может быть, мы поспим часок-другой?

— По-моему, это была твоя идея! — засмеялся Рохан.

Свесившись с кровати, он налил полный бокал сока и протянул девушке. Фло выпила примерно треть, а остальное выплеснула себе на живот и размазала ладошкой.

— Шиза! — обреченно констатировал Рохан.

— Сам ты — шиза! Хочу, чтобы от меня пахло грейпом!

Рохан отобрал у нее бокал, начал наливать себе. Фло толкнула его в спину, и он выронил пакет. Густое желтое пятно расползлось по ковру, как маленькое солнце. Рохан чертыхнулся.

— Ты собиралась спать, малышка? — поинтересовался он. — Или я ослышался?

Фло захихикала.

— Сходи в холодильник и принеси мне пива! — потребовала она.

— Сходи сама, маленькая мерзавка! — отозвался Рохан… и слетел на пол, прямо в грейпфрутовую лужу.

Фло снова захихикала и погладила себя по ноге, которой так ловко спихнула Рохана.

Молодой человек поднялся, посмотрел на нее сверху, упер кулаки в бедра и произнес нараспев, с южно-африканским акцентом:

— Ты — подлое отродье сумчатой крысы, отощавшей на яблочных пирогах! Когда-нибудь я подвешу тебя за ноги и заставлю уважать настоящего мужчину!

— На — стоящего? Вот как? — промурлыкала девушка.

Она опрокинулась на спину, забросила правую ногу на согнутую в колене левую, а руки положила под затылок.

— Ты говори, говори! — проворковала она масляным голосом. — И иди сюда! Дай-ка мне свою руку!

Фло выпростала ладошку из-под головы и, ухватив пальцы Рохана, потянула его к себе.

— Вот, попробуй! Чувствуешь, я уже теку!

— А спать? — поинтересовался ее друг.

— Успеешь!

Девушка вдруг выгнулась, обвила Рохана ногами и соединила их у него за спиной.

— Сукин сын! — проговорила она с хрипотцой. — Ну-ка заткни свой развратный рот и воткни мне! Быстро! Ну!

Спустя четверть часа Рохан оторвался от нее и, откатившись в сторону, принялся стирать простыней с груди коктейль из пота и грейпфрутового сока.

Фло же грациозно соскочила на ковер и, покачивая узкими бедрами, отправилась в ванную. Она чувствовала себя в отличной форме.

— Иди сюда! — позвала она сквозь шум льющейся из душа воды.

— Нет уж! — отозвался Рохан. — Я лучше подожду, пока ты освободишь место!

— Здесь хватит места на четверых! — возразила девушка.

Рохан услышал, как она выключила душ и плюхнулась в ванну.

Фло была права: там хватило бы места на четверых. Ванна походила на маленький бассейн и занимала площадь восемь на восемь футов. Причем вода была проточной. Рохану нетрудно было представить, во сколько обходится такая роскошь в стране, где большую часть воды добывают из-под земли.

— Иди сюда, лентяй! — еще раз позвала Фло. — Я не буду к тебе приставать! Клянусь моими благородными предками по женской линии!