Он пялится в свой бокал, насупив брови, достаточно продолжительное время. Я уже подумываю, что надо уйти и оставить его наедине со своими мыслями. Наш разговор, похоже, исчерпал себя.

— Я тоже могу назвать только одно имя, кому я настолько доверяю, — тихо произносит он. И снова надолго замолкает. Я не знаю, кого именно он имеет в виду, но первой на ум приходит его королева. Его истинная пара, Бетани.

— Полагаю, мои слова про то, что мы живём в странном мире, — он поднимает глаза на меня, — это сильное преуменьшение.

— Да, — шепчу я. — Очень сильное.

Кейлин

С того момента, как я сбежала с королевского собрания, мысли одна за другой не давали мне покоя. Как я узнала, собрание быстро завершили, и Рев встретился с королём Искрящегося двора наедине в надежде прийти к взаимопониманию.

Видит небо, нам не нужен ещё один враг.

Но меня испугала реакция не короля. А самого Рева.

«Ты любишь её».

В панике пытаясь выкинуть все эти мысли из головы, я сама не поняла, как оказалась в покоях Рева и забрала чёртову книгу заклинаний. Я так устала от всех этих политических игр и врагов, поджидающих за каждым углом. Устала гадать, когда же эти древние чудовища нанесут удар. Ведь рано или поздно это случится. Я точно знаю.

Прошло всего два дня, но моя интуиция не успокаивается. Они хотят лишить меня всего. Как только я позволю себе насладиться этой прекрасной жизнью, они сразу же нападут.

Поэтому, чтобы справиться с этой паникой, я хватаюсь за то немногое, что у меня есть.

А есть у меня доступ к информации. И я этим воспользуюсь.

Беру книгу заклинаний с собой и ухожу на край острова. Здесь особенно легко почувствовать силу, она почти физически ощущается вибрациями от солёных волн. Может, это поможет. Может, я не зря оказалась в этом месте, где много тысяч лет назад фейри простроили самую мощную крепость в мире.

Я опускаюсь на колени на берегу. Волны неистово разбиваются о крутые чёрные камни, и брызги летят во все стороны. Три капельки попадают на открытые страницы книги заклинаний.

Она порыкивает в ответ. Приятно ей или раздражает — сложно сказать.

— Источник правда полон исключительной магии? — спрашиваю я духа книги. Это первый вопрос, который пришёл мне на ум, чтобы проверить мою животрепещущую теорию. У меня мало идей, о чём ещё можно спросить.

— Тысячу лет назад на этом острове случилась великая битва между несколькими моими сородичами. Их кровь пролилась в местные воды. Их сущность осталась здесь. Их силой пропитано это место.

То есть да?

— Правда ли, что те, кто окунается в эти воды, становятся сильнее? Это всё-таки огромный океан, простирающийся на тысячи миль. Все его воды волшебны или только здесь?

— В Источнике есть сила, но она мало отличается от той, которой пропитана почва ваших дворов. Её можно использовать, чтобы колдовать, но эффект будет слабым. Чем ближе к источнику, тем сильнее.

— Так вот что питает силой Верховный двор? Жертва павших древних?

— Миром когда-то правил король всех королей. Он владел не какой-то одной стихией, а всеми видами магии. Безграничные возможности. Он мог уничтожить всю планету, если бы захотел. И однажды едва это не сделал. Его предала его истинная, попытавшаяся украсть его силу. Как он полагал, из зависти. Она хотела стать ещё могущественнее. Его ярость разломила землю, создав два огромных континента и раскрошив юг на множество островов.

Его гнев определил географию нашего мира?

— Типа это всё было сделано за несколько минут? — тупо уточняю я.

— Он создал несколько разломов за считанные минуты, да, но они ещё держались вместе, постепенно с годами отделяясь друг от друга.

Встряхиваю головой.

— Понятно. Продолжай.

— Его сила питает остров Верховного двора. Его наследием пользуются фейри, даже не осознавая этого. Его силу передают от одного Верховного правителя к другому. Здесь он правил, заявив права на этот клочок земли. Здесь он и дремлет.

— Дремлет, — медленно повторяю я. — Здесь.

Он не мёртв, он спит.

Книга заклинаний недовольно ворчит. И я только сейчас замечаю, что сжимаю её. Чтобы победить Несущего Ночь и Вселяющую Ужас, нам нужна помощь ещё одного древнего. Мы это обсуждали.

— Сколько древних осталось в нашем мире? — спрашиваю шёпотом. — Которые теоретически могли бы помочь против ночных чудовищ?

«Трое».

Слово проявляется на бумаге, больше на странице ничего нет.