– И?

– Ты сама была такой вот женой, дурой, с рогами! И я.

– Нет, Мила, мы были другими жёнами. И мужики нам изменяли по-другому.

– Да, да, «это другое». Эта фразу которой можно всё оправдать.

– Я не оправдываю. Я просто чувствую, на уровне интуиции что ли, что тебе не стоит так вот всё бросать. Подумай.

– О чём?

– Да о себе, господи! О се-бе! Просто о себе подумай! О жене твоего красавчика пусть кто-то другой подумает. Считай, что тебе провидение и высшие силы выкатили компенсацию за твоего Козлевича, тьфу, Королькевича.

О себе.

Я не могла думать о себе. Я думала о несчастной жене Арса.

Что делает она ночью, пока его нет? О чём думает? Верит ли в его сверхурочную работу, встречи с коллегами, затянувшиеся переговоры и прочую лабуду?

Я в своё время верила. Когда-то.

Верила и поплатилась. Верит ли она?

Вряд ли он ей говорит – прости, родная, я поехал трахаться с другой, не скучай, правда же?

С другой стороны, он повёл меня в Мариинку. Мы ведь могли встретить там его знакомых? В итоге, встретили моих, что по теории вероятности, вероятно совсем маловероятно. Боже.

Как всё сложно.

Мне нужен антракт. Занавес. Актеры меняют костюм и грим.

Женя оставила мне ключи и ушла на работу. Её дети разъехались на лето, кто-то был у друзей, кто-то у бабушки. Муж – строитель – на объекте до вечера. Подруга категорично заявила, что я могу остаться хоть до конца недели, но я понимала, что мой максимум – до утра.

Меня манила только колоннада. Утром я уеду.

Утром меня не будет в этом городе. И в жизни Арса.

Собственно, в его жизни меня уже нет. Он позвонил один раз. Я не ответила и заблокировала номер.

Всё.

Финита.

Если бы.

Часто ли коренные петербуржцы забираются на колоннаду Исаакия?

Уверена, так же часто как москвичи гуляют по Красной площади или Арбату.

Но увидев знакомые широкие плечи я почему-то даже не удивилась.

Следил за мной? Ждал?

Надеялся?

– Привет.

Он бесцеремонно тянет меня на себя, прижимает, иронично вглядываясь в моё лицо.

А потом целует, ничего не говоря. Жадно.

Почему я не могу с ним бороться?

Почему этот город сводит нас снова и снова?

Глава 28

– Я всё равно уеду.

– Уедешь. Но не сейчас.

– Арс, не надо. Ну, правда…

Мы всё еще на колоннаде. Высоко. Красиво. Нереально.

Мистификация какая-то.

Словно на самом деле этот город, его проспекты, улочки, его величественные здания, его атмосфера, его история делает всё, чтобы столкнуть меня и этого мужчину. Свести.

Питер, почему ты такой сводник, а?

Тебе не стыдно?

Он женат. ЖЕНАТ!

А ты заставляешь меня с ним встречаться. Видеть. Замирать. Умирать. Останавливаться в этом пространстве и времени. Зависать. Мечтать о несбыточном.

Стой, Питер! Остановись! Прекрати!

Я люблю тебя, очень, пожалуйста, не делай со мной это. Не заставляй тебя ненавидеть.

– Мила.

– Арс… отпусти.

– Я не могу. Я не в состоянии.

И я не могу!

Боже, да что за наваждение такое? Почему я не могу отлепиться от него?

Мы знакомы всего три дня! Или четыре уже? Я потеряла счёт времени. Это всего несколько десятков часов. Несколько тысяч минут.

Мгновения, мгновения, мгновения…

Я не могу с ним.

И начинаю «не мочь» без него.

Это нельзя. Я всё равно уеду. Мы всё равно расстанемся.

Он женат. ЖЕНАТ!

И не важно, любит он жену или не любит. Не важно, как они поженились. Не важно, какой у них брак.