– Тебе дело?

– Дело!- заупрямилась Перси.- Зачем ты доволишь себя?

– Ревность проклюнулась?- снова прохладно осведомился он.- Сомневаюсь, что ты вообще способна на что-то такое!

Перси не стала развивать тему о том, на что она способна или нет. Попыталась вернуться к тому, что её интересовало:

– Ты же понимаешь, что нельзя истощаться сейчас?

Он негромко хмыкнул:

– У меня ресурсы, будь здоров! Деметра постаралась! Хватит на всё. А ты почему ушла? Крэйг достал? Или другие?

Кора фыркнула:

– Да, все достали. Платье красивое. Вот и лезут.

– Ты всегда красивая.

Он так равнодушно констатировал факт, что сразу стало понятно: это ни разу не комплимент.

– Сегодня, да,- согласилась Кора.

– Нет. Всегда.

Девушка рассмеялась тихонько и мечтательно:

– Да, ты посмотри на это платье, Алекс! Я когда увидела его в магазине, поняла, что если и надену что-то такое, то только его!

– Видел я.

– Не видел. Посмотри! Я в детстве мечтала о чём-то таком. Воздушном и переливчатом. Как мечта, которую невозможно потрогать руками!

Только ему, своему другу детства из-за Барьера, который видел и принимал её всякой, она могла признаться в такой слабости.

Парень открыл глаза, усмехнулся:

– Я видел. Линда сбросила запись из магазина. Я потом целую ночь смотрел.

– И пил?

– И пил,- согласился он.

И тем же своим неживым голосом добавил:

– Не хочу, чтобы ты умерла.

Они всегда были предельно откровенны друг с другом. Ещё с самого детства. Когда заходил серьёзный разговор, никто не прятался. Почему? Никто из них не знал, не анализировал это. Просто шёл навстречу другому без сомнений. Точно знал, что его поймут и не предадут.

Так и Кора сейчас призналась:

– Я тоже не хочу, чтобы ты умер, Златовласый. По сути, это мой самый страшный кошмар. Ты и папа.

Он скептично задрал брови:

– Ты хорошо держишься.

Она грустно улыбнулась:

– Мне что, нужно было по парням побежать, как ты по девушкам? Для подтверждения силы страданий?

– Прости.

Он был таким убитым и потерянным, что Перси, как в детстве, потянулась и взяла его за руку, ободряя:

– Я понимаю.

– Что ты можешь понимать?!.

Это прозвучало с такой болью, что Перси вышла на новый уровень откровенности. Вслух произнесла то, что изводило Золотого вот уже пол года. Мягко, с ласковой улыбкой:

– Понимаю. Ты просчитал наши шансы выжить, чокнутый умник. Твои оказались гораздо выше моих. Это убивает тебя. Заставляет дуреть и делать глупости... Думаю, если бы мог, ты запер бы меня где-нибудь...

Она сказала это шуткой, со смешком... И была не готова к тому, что он молниеносно оказался над ней, прижал её к спинке скамейки и рыкнул прямо в лицо:

– Так и есть! Если бы была хоть одна возможность, я запер бы тебя!

Он мог бы испугать сейчас, этот сильнейший из мутантов "за Барьером" своим жёстким, сведённым судорогой лицом:

– Я держал бы тебя взаперти! Даже зная, что ты будешь ненавидеть меня! Но не дал бы погибнуть!

Перси не боялась его. Кого угодно, только не его. В кольце его рук было спокойно. И она так соскучилась с зимы. Поэтому потянулась сама и прижалась губами к уголку его неуступчивого, с горькой складкой рта. Шепнула, как в последнюю ночь, перед тем, как рухнул Барьер:

– Я буду стараться, Золотой. Обещаю. Я буду стараться изо всех сил. Верь мне. Ты тоже постарайся. Постарайся выжить.

Он навис над ней. Взведённая пружина. Громада сведённых судорогой железных мускулов. И бессильно, слабо простонал:

– Я идиот! У нас могло быть хотя бы этих пол года!

Кора нежно провела рукой по его ожесточённому лицу. Шепнула:

– Ты просто слишком сильно боялся...

***

И снова им помешали. Одна из поклонниц Золотого нашла его. Выскочила на полянку и жизнерадостно воскликнула:

– Алекс! Вот ты где!

Увидела. Стушевалась. И неловко пробормотала:

– Простите... Я пойду...

Кора спокойно ответила девушке:

– Не нужно уходить. Мы уже поговорили.

Выбралась из медвежьих объятий парня. Он, вроде бы, отпустил её... И тут же снова схватил за руку. Упрямо и мрачно "Всё равно не отпущу!" посмотрел.

"Поклонница" увидела и это. Повторила: "Извините", и испарилась. Алекс хмурился, но руку Коры не отпускал. Она мягко улыбнулась ему:

– Пошли, Златовласый, пока твои почитательницы не сбежались сюда толпой. Потанцуешь со мной.