– Это... отлично, – Джози заставила себя улыбнуться. Я могла сказать это, потому что ее глаза сощурились.

– И кто твоя новая подружка? – Виктория взглянула на меня.

– Привет, я Калли.

– Калли, говоришь? – ее глаза сузились. – Ты кажешься такой знакомой. Мы встречались раньше? – она откинула свои волнистые рыжие волосы с плеча, как будто была в одной из тех сексуальных реклам шампуня.

Мои руки сжались на коленях.

– Я так не думаю, – пот выступил у меня между грудей, когда я молилась про себя, чтобы она не спросила, откуда я родом. Потому что я не могла лгать.

Умолчать о правде – это одно, но солгать... это совсем другое.

– Твои друзья ждут, – Джози разорвала навалившееся на нас тяжелое напряжение.

– Что ж, увидимся, девочки, – слово «девочки» слетело с ее языка, наполовину приятно, наполовину оскорбительно, как будто мы были ниже ее достоинства.

Хотя, глядя на ее дизайнерскую сумочку и туфли, я поняла, что мы, вероятно, таковыми и были.

В ту секунду, когда она ушла, воздухом снова можно было дышать.

– Она действительно... нечто.

– Ты же не думаешь, что Зак рассказал ей о тебе?

– Нет, – выдохнула я. – Какого черта ему это делать?

– Я не знаю. Было что-то странное в том, как она смотрела на тебя. Она точно не может знать, кто ты такая?

– Я не понимаю, откуда она могла бы это узнать, – я пожала плечами, странное покалывание пробежало по моему позвоночнику. – Зачем?

– Просто будь с ней осторожна.

– Да ладно, – я засмеялась, но получилось сдавленно. – Она всего лишь девочка, – девочка, которая казалась слишком собранной для той, кому следовало горевать о пострадавшем парне, но кто я такая, чтобы судить? Я не понаслышке знала, что все по-разному справляются с горем.

Некоторые люди прибегали к наркотикам, алкоголю или случайным связям, чтобы заглушить боль. В то время как другие люди бросались с головой в работу. Еще были такие люди, как я, которым разонравилось то, что они когда-то любили, и нашли утешение в новых вещах. Или были такие люди, как Виктория. Люди, которые накладывали свой безупречный макияж и натягивали идеальную улыбку, как броню, справляясь с этим.

Ни один подход не был правильным или неправильным. Не там, где дело касалось сердца. Ты мог только сделать все, что в твоих силах.

– Все, что я говорю, так это просто будь осторожна. Виктория Пендертон – гадюка.

– Я уверена, что все будет хорошо, я никто, – но как только я произнесла эти слова, меня охватило чувство страха.

Потому что правда заключалась в том, что я не была никем. Я была бывшей сестрой Каллума Джеймса. И я была маленьким грязным секретом Закари Мессия. Я имела отношение к двум звездными игроками СУ.

И Джози была права…

Это было проблемой.

Глава восьмая

Зак

– Зак, рад тебя видеть, сынок, – тренер Бакстер указал на стул напротив своего стола. – Присаживайся.

– Спасибо, тренер, – я провел рукой по своим влажным волосам.

– Каково это, вернуться?

– Хорошо, полагаю.

– Ты можешь быть честным со мной. Это чертовски странно, я прав?

Он не ошибся. Но я не хотел этого признавать. Признание этого сделало бы все реальным, а с реальностью приходилось иметь дело.

Я предпочитал прятать голову в песок.

– Я готов к сезону, сэр, – сказал я.

– Я не сомневаюсь в этом, Зак. Ты в отличной форме. Слышал, ты рьяно взялся за тренировки. Не напрягайся слишком сильно, мы не хотим никаких травм до того, как увидим тебя в действии на площадке.

– Будет сделано, тренер.

– Как дела дома? У твоих родителей, у Деклана? – он с трудом сглотнул.

– Они не могут смириться, – сказал я, чувствуя, как напряглись мои мышцы.

– Он боец. Если кто и может выкарабкаться, так это Деклан.

Что, черт возьми, я должен был на это сказать?

Он не собирался выкарабкиваться, а даже если бы и выкарабкался, то у него было бы парализовано все, что ниже головы. Его жизнь, какой он ее знал, закончилась.

– Знаешь, сынок, этой команде действительно не везло в течение восемнадцати месяцев. Сначала с Мэвериком произошел несчастный случай, а потом с Декланом. Самое время разорвать этот порочный круг.

– Да, сэр, – я стал роботом, неспособным ни на что, кроме коротких ответов.