Я обвиваю руками его шею, и он со стоном подхватывает меня своими большими ладонями под бедра и поднимает на руки. Я обхватываю его ногами за талию и запускаю руки в его темные волосы.

В ответ он рычит мне в рот и крепче прижимает меня к себе, наши языки сражаются за победу.

Испытывая головокружение от желания, я всхлипываю ему в рот. Боже, даже поцелуй Чарли намного лучше, чем секс, который был у меня на выпускном вечере.

Я как будто наконец-то выпустила крик, который копился в моих легких последние двадцать шесть лет.

И тут происходит самое худшее. Он останавливается.

Отпрянув, словно обжегшись, Чарли врезается в стиральную машину, отчего вокруг нас раздается глухой лязгающий звук. Но он все равно держит меня.

– Этого не может быть, - выдавливает он из себя, его синие глаза дикие и остекленевшие от вожделения.

– Ты прав.

Мой список желаний - это песня сирены в моей голове. Логика отступила. Все, чего я хочу, - это хороший секс. С таким же успехом он может быть с Чарли Монтгомери. Он просто мужчина. Просто ковбой.

– Я уезжаю через несколько месяцев, - выдыхаю я в его губы.
– А тебе нужно управлять ранчо.

Это не реально.

Все, что у нас есть, - это настоящий момент.

Я снова целую его губы, а затем спускаюсь ниже, чтобы прикусить пульс на его шее. Он стонет, и я опускаю руку, обхватывая его массивную эрекцию через переднюю часть джинсов. Он такой большой и твердый, и я отчаянно хочу, чтобы он был внутри меня.

Из него вырывается мучительное рычание.

– Чего ты хочешь, Руби?

Его твердая челюсть напряжена. По его глазам я вижу, что он ждет моего согласия.

Я дрожу.

– Тебя, Чарли. Я хочу тебя. На одну ночь.

Его кадык дергается.

– Одну ночь?

– Один раз.

Его глаза темнеют, затем вспыхивают, как будто он потерял всякую способность контролировать себя. А потом его губы накрывают мои, и он несет меня по коридору и вверх по лестнице. Я прикусываю его горло, нижнюю губу, мочку уха. Дергаю за ремень, за пояс джинсов. Я хочу коснуться каждого дюйма его тела.

Я никогда в жизни не была так счастлива. Я готова отдать этому мужчине свое сердце и душу прямо здесь и сейчас, если он даст мне то, что мне нужно.

Мне нужно, чтобы ко мне прикасались.

Мне нужен он.

Через несколько секунд мы оказываемся в его комнате, и Чарли ставит меня на ноги. Мы притягиваемся друг к другу, как магниты. Сбрасываем одежду, словно охваченные пламенем. Я жадно дергаю за его ремень, и вскоре его джинсы исчезают, а я остаюсь в лифчике и трусиках. Мощная эрекция натягивает тонкую ткань его боксеров.

– Господи, - хрипло произносит Чарли, и по его широким плечам пробегает дрожь. Он пожирает мое тело своими темными глазами.
– Руби, с таким телом ты можешь убить мужчину.

Я краснею, странно не стесняясь того, что он смотрит на меня.

– Никогда раньше не видел женщин, ковбой?
– поддразниваю я.

– Я никогда не видел тебя, Руби, - хрипит он.
– Ты чертовски красива.
– Грубые руки сжимают мою талию.
– У меня нет ни единого шанса, когда ты рядом, не так ли? Ты меня погубишь.

Я кокетливо улыбаюсь ему.

– Ты боишься меня, ковбой?

Его красивое лицо становится серьезным.

– Смертельно.

Он прижимает меня спиной к кровати, его губы касаются моей шеи, скользят по ключицам.

Я кладу руку ему на плечо, и Чарли замирает.

– Что-то не так? Ты хочешь, чтобы я остановился?
– В его глазах нет злости, только простой вопрос. И поскольку он хороший человек, он остановится, если я этого захочу.

– Нет. Я просто… - Я облизываю губы, вспоминая рекомендации своего врача.
– Мне нужно двигаться медленно.

В его голосе слышится беспокойство.

– Ты…

– Нет, - поспешно выпаливаю я, не желая спугнуть его.
– У меня не так много опыта.
– Мои щеки заливает румянец.
– У меня никогда не было… ну, ты знаешь.

Его взгляд становится почти диким. Как будто это вызов, и он рад этому.

– Руби.
– Его голос грубеет, а руки крепче сжимают мою талию.
– Малышка, ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю.

Малышка. От этого ласкового слова у меня слабеют колени.