Я построю будущее с Руби. Семью. Сад. Она будет спать в моей постели. Нашу жизнь наполнят кресла-качалки, виски, цветы и солнце.

До конца проклятых времен.

– Ты станешь моей женой, Руби? Я буду крепко любить тебя, подсолнух. Я сделаю тебя счастливой.

Она плачет, уткнувшись мне в грудь. Слезы текут по ее щекам, пропитывая переднюю часть моей рубашки.

– Тише, малышка. Не плачь.
– Я целую ее макушку, вдыхая ее клубничный аромат. Затем, приподняв ее лицо, я смахиваю слезы большим пальцем.
– Счастливые или грустные слезы?

– Счастливые.
– Она улыбается так ярко, что мои губы сами растягиваются в ответной улыбке.
– Это, без сомнения, самый лучший подсолнечный день.

– Подсолнечных дней тебе хватит на всю оставшуюся жизнь, - клянусь я.
– Я подарю тебе их все, малышка.

– Я согласна, - всхлипывает она, и моя грудь расслабляется от облегчения.
– Мое сердце бьется для тебя, ковбой.

Я наклоняюсь и целую ее. И последняя темная часть меня, скрытая в тени, наконец-то выходит на солнце.

Глава 42

Руби

Взмокшая, словно после ночного кошмара, я подскакиваю в постели, хватая ртом воздух. Яркий золотой свет вспыхивает над горизонтом.

Восход.

Мы его пропустили.

Но я не пропускаю стук своего сердца.

Оно колотится, словно безумный, яростный кулак стучит изнутри в мою грудь.

Чарли спит рядом со мной, его широкая грудь вздымается и опускается в ровном ритме. Темные волосы растрепанные, красивое лицо умиротворенное, простыни спутаны вокруг его ног. Его вечно напряженные мышцы расслабляются во сне.

Я протягиваю руку, чтобы дотронуться до него, и вся комната приходит в движение.

О нет.

Начинается паника. Я вскакиваю с кровати и мчусь в ванную. Я захлопываю дверь и запираю ее.

Ухватившись за раковину, я задыхаюсь, глядя на свое отражение в зеркале. Лицо бледное, под глазами темные круги. Призрак. Я выгляжу как призрак.

Дрожащими пальцами я массирую грудь, пытаясь хоть немного успокоить свое бедное сердце.

Не сейчас. Не здесь.

Не тогда, когда прошлая ночь была такой идеальной.

Чарли хочет жениться на мне.

Его появление в моей жизни - это чудо.

Он стоит каждого секрета, каждого приступа трепетания, каждого риска, каждого безумного момента, от которого замирало мое сердце этим летом.

Я хочу любви. Я хочу Чарли. Меня пронзает боль, и глаза застилают горячие слезы. Потому что я не могу получить ничего из этого.

Мое сердце не позволит мне.

Реальность того, что я делаю, окутывает меня, как одеяло обреченности. Мои приступы происходят все чаще и чаще. Моему сердцу становится хуже. Этим летом я требовала слишком многого от своего лоскутного тела.

Я довела себя до предела.

Я была так одержима идеей начать новую жизнь, но на самом деле мне нужно новое тело.

Новое сердце.

Я всхлипываю, а потом закрываю рот рукой, чтобы заглушить звук.

Мне трудно дышать. Слезы заливают глаза, и я быстро моргаю, чтобы прогнать их.

Зачем я обманываю его?

Я тянусь за таблетками, случайно сбрасывая мыло и бритву Чарли с раковины на пол. Я вытряхиваю таблетку и глотаю ее, хотя знаю, что это не поможет.

Это больше не имеет значения.

Я никого не смогу обмануть.

И уж тем более Чарли.

Он узнает.

Скоро он поймет, что я обманывала его.

Боже. Вся эта глупая ложь, за которой я пряталась.

Это все моя вина. Я отправилась в это путешествие, установив границы, установив правила, и нарушила все до единого. Я выбрала эту жизнь с Чарли. Я сделала ее нашей, потому что хотела этого до боли.

Если бы я сбежала несколько недель назад, если бы оставила его, я бы не оказалась в этой ситуации.

Но я этого не сделала. И теперь я в ловушке собственного сердца.

Может быть, он поймет.

Может быть, он простит меня.

А потом я вспоминаю Мэгги и разражаюсь слезами.

Нет. Я не могу так поступить с ним.

Я не могу продолжать в том же духе. Я больна, и мое сердце слабое.

Это пугает меня.

Я могу умереть.

Я могу потерять жизнь, которую полюбила.

– Идиотка, - говорю я с тяжелым вздохом. Мое сердце словно разрывается по швам. Слезы катятся из уголков глаз, и я слишком устала, чтобы бороться с ними.
– Идиотка.