Экран расцвечивается огнями. Сразу же становится видимым «Буря», идентифицирующийся по сигналу экстренного маяка, капсула, возле которой уже заметен человек в пустотном скафандре. И то, что он квазиживой, его человечности не отменяет. А по центру – уже виденный мною бой, вот только что-то задевает меня, привлекая внимание, будто висит что-то над системой.

– Витязь, над системой фиксируется объект? – интересуюсь я, маркером показывая, что имею в виду.

– Ответ положительный, – откликается разум корабля. – Прогнозируемые линейные размеры…

И появляются цифры, от которых мне становится сильно не по себе. Чужак огромен просто, при этом мой дар активируется, запрещая мне посылать сигналы приветствия. Я отдергиваю уже потянувшуюся к сенсору руку, пытаясь представить, что было бы, если… И меня накрывает совершенно иррациональный страх, которого я не испытывал с детства. Что же, по-моему, это ответ.

Темный «чужак»… Почему-то мне его хочется называть именно так, а не новым другом, как принято. Он приходит в движение, буквально падая в направлении беззащитной планеты. Я смотрю на происходящее в совершенном ступоре, не понимая ни что происходит, ни что я могу предпринять. Инструкции категорически запрещают приближаться к неразумным, но… Тут оживает Витязь.

– Согласно перехвату коммуникаций, на планете идет Вторая Эпоха, – сообщает мне разум корабля. – При этом жители называют ее Террой, что соответствует именованию Праматери.

– То есть до Первого Контакта, – понимаю я, осознавая, что большинство инструкций просто не действует. Надо что-то делать, но тут я задумываюсь, поглядывая на «Бурю». – Картина звездного неба соответствует?

– Частично, – ставит меня в тупик Витязь.

Проверка достоверности – основное действие в таких случаях, учитывая, что основные сенсоры не действуют, выдавая недостоверную информацию. И вот именно эта проверка говорит о том, что перед нами и Праматерь, и нет – одновременно. Эта информация заставляет задуматься.

– Включить особые системы маскировки, – командую я разуму корабля. На этот счет есть очень древняя инструкция, которую никто не отменял. – Подключить дополнительные мощности квазиживого мозга.

– Выполнено, – отвечает мне Витязь, что позволяет мне выдохнуть.

– Командир, – включается Вэйгу, квазиживой разум медицинского отсека. – В капсуле восстановления находится ребенок женского пола, развитие четыре-пять лет. Идентификатор и браслет отсутствуют, контроль иммунизации негативный.

То есть универсальной прививки нет. Это я понимаю, испытывая острое чувство уже виденного. Описание девочки, как в моем сне. Если еще и повреждения те же, то мы имеем сюрприз, и не сказать, что хороший. Капсула выглядела так, как будто стартовала с борта «Бури», причем не то чтобы давно, но… Странно это, на самом деле.

– Вэйгу, – вздыхаю я, уже понимая, что услышу. – Состояние ребенка.

– Пациентка находится в состоянии глубокого сна, – отвечает мне разум медотсека. – Большое количество поверхностных повреждений, множественные ушибы мягких тканей, сотрясение мозга, отравление слабыми ядами, отсутствие иммунизации. Проводится лечение. Данные о ребенке уже имеются в недостоверном отрезке памяти.

Хочется сказать много интересного на традиционном флотском наречии, но я сдерживаю себя. Это тот же ребенок, который был во «сне». Похоже, действительно временная аномалия, поэтому третья планета системы перед нами может быть Прародиной, а может и не быть. Блоки регистрации с «Бури» уже на «Витязе», так что перед тем, как что-либо предпринимать, нужно получить информацию. На погибшем звездолете детей точно не было, именно поэтому мне сначала надо понять, с чем мы имеем дело.

– Витязь, выжимку регистратора «Бури», – прошу я разум корабля, потому что подробно слушать, я чувствую, нет времени.

– На экране, – отвечает он мне. – Имеется сообщение с грифом «всем, кто слышит».

Я не отвечаю, просматриваю ужатый протокол регистраторов. Это очень важно, в том числе чтобы понять происходящее с объективной точки зрения. Сначала надо оценить, а только потом действовать. А сообщение такого плана вполне может быть понято неверно, если не знать окружения. По крайне мере, так об этом говорит инструкция, а они кровью писаны, потому если можно что-то не нарушать…

На экране тем временем видно, как становятся космической пылью сражающиеся стороны, и, видимо, это воздействие чужака. Я нажимаю сенсор анализатора, точно зная: Витязь поймет, что именно нужно делать. Некстати проскакивает мысль об имени корабля и связи его с предназначением, что заставляет улыбнуться.

– Анализ, – предупреждает меня Витязь. – На планете Вторая Эпоха, при этом наличествует не менее четырех народностей, ненавидящих друг друга. Строй ближе к деспотизму у каждой из сторон. Контакт запрещен.

– А то я не знаю, – вздыхаю я, но вот есть у меня ощущение неприятное. – Дай голосовое по выжимке регистратора.

– Разведчик «Буря» попал во временную аномалию, в течение которой была перехвачена капсула с ребенком на борту, – послушно сообщает мне разум корабля. – После этого корабль подвергся нападению и был уничтожен. Желаете прослушать сообщение?