– Да? Какой такой сюрприз? - Паво подумал было о том, чтобы раскрыть свое имя зрителю, но передумал. Ему было любопытно узнать больше о Гермесе от одного из его поклонников.

Зритель выдержал паузу и сделал глоток из бурдюка. Капли стекли по его подбородку и закапали на тунику, когда он продолжил.

– Не пойми меня неправильно, я слышал, что Паво хорошо обращается с мечом. Особенно для богатого мальчика. Но Гермес - это совершенно другой кувшин с гарумом, чем все, с чем он сталкивался до сих пор. Он силен и быстро передвигается для своего веса.

Паво пожал плечами: - Есть много других гладиаторов, которые не уступят ему в мастерстве.

Зритель наклонился. Паво сморщил нос от сильного запаха вина в дыхании мужчины: - Но ты не найдешь другого гладиатора, который так же хорошо владеет мечом. Пятьдесят выигранных им поединков - достаточное тому доказательство.

Макрон с усмешкой перевел взгляд на зрителя.

– Абсолютная чушь! Всем известно, что ланисты берегут своих лучших гладиаторов, чтобы договориться о более выгодной цене, когда дело доходит до их сдачи в Аренду. Бьюсь об заклад, половина боев, которые Гермес выиграл, были против кучки поваров и валяльщиков.

– Очевидно, ты не фанат. - Зритель скривился на Макрона: - Ты передумаешь, когда он хорошенько разделается с Критоном.

– Почему Гермес иногда выходит из отставки?
– спросил Паво. - В конце концов, он свободный гладиатор , а не осужденный. Всякий раз, когда он дрался в последние несколько лет, он мог потребовать целое состояние с устроителей.

Зритель пожал плечами: - Никто не знает наверняка. Множество устроителей Игр пытались уговорить его с тех пор, как он объявил о своем намерении уйти с Арены навсегда. Среди прочих был и император Калигула.

– Так почему же он передумал сейчас?

– До меня дошли слухи, что один из греков Клавдия, имеет к этому какой-то интерес, - ответил зритель.

Паво собирался продолжить расспросы, когда на ярусах раздался дикий шум аплодисментов. Стадион содрогнулся. Чувство предвкушения в толпе было ощутимым, когда зрители все как один встали на ноги и направили свои взоры в дальний конец ипподрома.

– Смотрите! - воскликнул зритель. - Вот он идет!

Паво и Макрон проследили за его взглядом. Единственные ворота находились в восточном конце дорожки, за бронзовыми поворотными столбами. Когда ворота открылись, над стадионом воцарилась тишина. Паво почувствовал, как волосы на его затылке встали дыбом, когда огромная фигура смело шагнула вперед, а его огромные мускулы заблестели от пота. Вены на его мускулистых руках вздулись, как натянутая веревка. Мужчина был значительно крупнее своего противника. Паво не мог припомнить, чтобы когда-нибудь видел гладиатора таких огромных размеров.

– Вот, дерьмо, - прошептал он, его кровь застыла в жилах.
– Так это и есть Гермес.

Под бурные аплодисменты Чемпион Рима вошел в Большой цирк. Несколько зрителей, занимавших один из верхних ярусов, развернули большое знамя, заявляя о своей поддержке Гермеса. Зритель, стоявший рядом с Паво, вскочил на ноги и до хрипоты закричал, присоединившись к хору скандировавших, который разносился по стадиону.

– Он выигрывает каждый бой, превращая своих соперников в дерьмо! Гермес! Гермес!
– гудели болельщики.

– Умри, Критон! - прохрипел ближайший зритель, перекрывая общий гам.

Паво взглянул на Критона. Македонец стоял рядом с судьей, его руки дрожали от страха. Чемпион поприветствовал своих поклонников энергичным взмахом кулака, вызвав еще одну волну горячих аплодисментов, и с важным видом направился к временной Арене, поклонившись части толпы, демонстрирующей их знамя.

– Идиот!
– прорычал Макрон.
– Посмотрите на этого осла , выпендривающегося перед толпой. Во Втором он долго бы не продержался . В легионах нет места показухе.

Паво изучал Гермеса, пока Чемпион проходил мимо своего места: - Гладиатор в отличной форме, - подумал он. Помимо стандартного шлема, наплечника, поножей и нагрудника, которые носят гладиаторы-провокаторы, на нем также был надет кожаный пояс с золотыми заклепками, обернутый вокруг туловища поверх набедренной повязки. Пояс слабо блеснул в бледном утреннем свете, когда один из служителей протянул ему затупленный меч, который он взял в правую руку. Он сжал свой большой щит левой рукой. На лицевой стороне щита яркими красками было нарисовано изображение Цербера, трехголового пса, охранявшего врата Преисподней.