Кролик бил по сознанию шакала. Шакал и лемур отвечали тем же. Василию надоело наблюдать за этим. Он разозлился и ринулся вниз, приземлившись между дерущимися. Кролика возникшей при приземлении воздушной волной отбросило к камням. Хищник припал на передние лапы, зажмурившись от сильного ветра. Лемур жалобно пискнул.

– А ну прекратить! – рявкнул на драчунов Василий. – Ты, шакал, ты, лемур, и ты, глупый смешарик, уже порядком мне надоели! Ещё одно движение, и я вас вздрючу по-взрослому! Всё ясно?

Судя по всему, его появление произвело фурор.

– Кто ты? – хрипло спросил шакал, пытаясь закрыть лапами морду и боясь взглянуть на человека.

– Я-то? – усмехнулся Василий. Вот дурацкий вопрос! И не сразу ведь сообразишь, как ответить. Надо им дать понять, что на любую силу всегда найдётся ещё большая сила. – Я самопровозглашённый повелитель галактики! Хозяин пропасти! Повелитель вечности! Владыка пустоты! И вообще я тут самый крутой! Ферштейн?

Ситуация откровенно забавляла, однако внезапно возникшее чувство тревоги заставило Василия поднять взгляд и всмотреться в то, что творилось у подножия горы. А там, продираясь сквозь предрассветный туман, двигались тысячи огромных синих обезьян. И намерения у них явно были недобрые.

Они готовились к штурму горы. Мотыльки, жившие здесь, ни о чём не подозревали. А ведь надо же предупредить тех, кто живёт в самом низу! Тем более что здесь уже нечего делать – Шеон вот-вот должен был подоспеть с подмогой.

– Так, – серьёзным тоном сказал Василий. – Кажется, мне пора. Ведите себя хорошо! Вернусь – проверю!

И взмыв над скалами, он стремительно помчался вниз, отметив про себя, что сила в нём продолжала расти.

Катером это у нормального человека язык бы не повернулся назвать. Летающая цистерна. Цилиндр. Бочка. Всё, что угодно. Но крашам, конечно, было видней. Входы в летательный аппарат открывались в произвольных местах и произвольных размеров и очертаний. Внутри вообще ничего нет. Свет шёл прямо из воздуха. Какие-либо детали интерьера отсутствовали. Глипа и людей усадили на скамьи, которые сами в мгновение ока выросли из обшивки. Странный метаморф разместился напротив, просто прилипнув к округлой поверхности стены.

В катере не было ни окон, не переборок, только один общий отсек. Как осуществлялось управление, тоже оставалось непонятным. Машина просто следовала мысленным указаниям крашей, которые более чем успешно обходились без панели управления. Если б человек попытался угнать такой катер, у него бы ничего не вышло.

Движения не ощущалось, но Роман не сомневался, что машина несётся по воздуху с немалой скоростью. В руках человек держал подобранный слономёт. Краши не видели в действии это оружие и потому не обращали внимания на этот предмет. А таинственный инопланетянин, напавший на людей в том дворе, по-видимому, не имел причин сообщать крашам об этой штуке.

Сейрон, безвольно развалившийся между Романом и Верочкой, задвигался и тихонько завыл. Руки его затряслись. К нему начала возвращаться чувствительность, а вместе с ней и боль. Однако вскоре он окончательно пришёл в себя и постепенно успокоился. Внимательно осмотрелся по сторонам. Остановил взгляд на существе, прилипшем к противоположной стенке.

Существо, неизвестное земной науке, но хорошо знакомое глипам, походило не то на выкорчеванный пень, не то на волынку. Оно имело тёмное бесформенное тело с мясистыми красными напластованиями, от которого отходило больше десятка гладких коротких щупалец, украшенных продольными светлыми полосами. Ни головы, ни глаз, ни рта. Мерзость какая-то.

– Друг мой, ты так прекрасен, что у меня глаза болят на тебя смотреть, – тихим бесцветным голосом обратился глип к существу.

Шеон, круживший среди других своих сородичей, выскользнул из потока и приблизился к пленникам.

– Капитан Рилон, не могли бы сменить внешность на более привычную этим господам?

– С какой стати? – враждебно отозвалось существо.

– Потому что я вас прошу.

Метаморф какое-то время никак не давал понять, что он расслышал просьбу. Но всё-таки внял и начал с невероятной скоростью преобразовывать своё тело. Выглядело это ещё более мерзко и тошнотворно, но уже через пару минут на выехавшую из стены скамью опустился вполне себе обычный человек. Разве что черты его были грубыми, неприятными. Такого в подворотне встретишь, впечатлений надолго хватит.

– Так лучше? – по-русски спросил тот, кого краш назвал капитаном Рилоном.

– Ненамного, – скептически ответил Сейрон.

Какое-то время летели молча. Откуда-то взялось чувство, что всё обязательно будет хорошо. Краши пока вели себя вежливо и снисходительно. Псевдочеловек, сидевший напротив, буравил Романа взглядом.

– Что смотришь? – не выдержал мужчина.

– Смотреть – это естественно, – последовал логичный ответ.

– Смотри в другую сторону!

– Я смотрю во все стороны.