Роман нервно сглотнул. И уже спокойнее попросил:

– Ну хоть рожу свою поверни куда-нибудь…

Капитан криво ухмыльнулся.

– С какой стати?

Шеон не вмешивался в зарождающуюся перепалку. Может, не видел в этом опасности, а может, просто не понимал сути конфликта. Положение попыталась спасти Верочка, обратившаяся к адмиралу.

– Куда вы нас везёте?

Белый краш подлетел к ней, отчего девушка немного напряглась.

– Разве вы ещё не поняли? Вы ведь так уверенно шли по следу Василия Трубачёва, что должны были уже понять, куда мы движемся.

Роман при этих словах ощутил себя полным идиотом. И почему он раньше не догадался?! Всмотревшись в окружающий мир внутренним зрением, он сразу увидел конечную цель маршрута. Катер шёл по следу Василия Трубачёва.

Романа отвлекло шевеление на противоположной скамейке. Капитан Рилон приподнял руку и развернул ладонь в сторону Сейрона. От центра ладони к кончикам пальцев стремительно побежали цепочки огоньков разной длины. Краши этого не заметили, да у них и не было большого желания наблюдать за арестантами. Они больше полагались на пси-видение, чем на своё слабое зрение.

Глип чуть склонил голову, всматриваясь в огоньки, а затем повернулся к ничего не понимающему Роману.

– Дай-ка мне Кашалота Фрэнка, – мысленно попросил Сейрон. Мужчина подчинился. Происходило нечто очень странное. – Постарайся замаскировать своё сознание от внешнего наблюдения. И контролируй свою силу. Её уровень растёт.

Человек с удивлением понял, что, и правда, его способности намного возросли. Почему? С чего бы? Да, он использовал их во время схватки с Рилоном, но неужели минутного всплеска оказалось достаточно для столь бурного роста сил? Что-то здесь не так.

Между тем катер остановился, в стене возник большой проём, и краши попросили нарушителей спокойствия выйти наружу.

Их встретили жгучий холод и вой набирающей силу метели. Не было видно ни одного здания – только заснеженная равнина. И посреди этой равнины, уткнувшись носом в землю, возвышался космический крейсер. Он стоял под небольшим углом, так, что корма висела в воздухе. Очертаниями корабль напоминал угловатого мечехвоста, только без хвоста. Днище имело пятиугольную форму. Обшивка отливала синевой.

– Он – там! – ни сколько не сомневаясь, сказал Шеон. – Первое подразделение на корабль! Второе подразделение сторожит катер. Остальные следуют за мной.

Краши разделились. Полсотни летунов исчезли в метели, но иногда вокруг крейсера была видна их электрическая перекличка. Другие краши закружились вокруг летающей цистерны против часовой стрелки, создав единый поток.

Шеон, удовлетворённый увиденным, неторопливо направился к кораблю. Рядом летел Раонд. Им абсолютно не мешали резкие порывы ветра, будто их окружал невидимый защитный полог. Земляне, глип и их новый компаньон побрели следом.

Крейсер был меньше земных кораблей – метров тридцати в поперечнике, – но всё равно внушал к себе уважение.

Энергетический фон над кораблём не давал Роману покоя. Здесь что-то случилось. Что-то очень нехорошее. Крейсер рухнул недавно, это видно. Но что послужило причиной аварии?

В днище образовался тёмный вход, и краши влетели внутрь. Шеон, Раонд и почётные гости планеты посетили корабль последними. Автоматика продолжала работать. В тёмных коридорах уже ставшего привычным круглого сечения загорался свет там, где пролетали краши. Очень экономно с их стороны. Некоторые коридоры закольцовывались, другие шли прямо. Идти по наклонному полу было неудобно, но можно.

Роман поддерживал Веру за руку, помогая ей. Она смотрела на него намного теплее, чем в первый день знакомства. А вот капитан, шедший сзади, прожигал человека взглядом. Присутствие того, с кем приходилось всего двадцать минут назад драться насмерть, мешало концентрации и спокойствию. Но Роман пока терпел.

– Капитан Рилон, – не оборачиваясь, обратился к инопланетянину Шеон, – я восхищён вашей выдержкой. Насколько мне известно, ароиканцы в большинстве своём весьма несдержанны, однако ваша трезвая рассудительность делает вам честь.

Ему никто не ответил. К чему он это сказал, тоже осталось неясным. Но Роман отчего-то почувствовал себя раскрепощённей, и молчаливое присутствие капитана перестало его раздражать.Наконец, они вышли в просторный круглый зал, по светло-жёлтым стенам которого были развешаны экраны внешнего обзора. Пол здесь был ровный, что не могло не радовать. У противоположной стены лежал человек в пальто, ботинках и шапке-ушанке, и при взгляде на него у Романа не осталось сомнений – это Василий Трубачёв! Кажется, человек был без сознания. Над ним вилось несколько чёрных крашей.