Она посмотрела на него в замешательстве.

– Твой перерыв в тренировках официально закончился, - сказал он, его ухмылка стала еще шире.
– Я первым делом вытаскиваю твою задницу из постели утром, чтобы посмотреть, что еще ты забыла за последнюю неделю. Зная тебя, нам придется начинать все с самого начала.

Алекс сморщила нос.

– Завтра? Поскольку сегодняшний день был таким травмирующим, не можем ли мы подождать, пока...
– Она замолчала, увидев его непреклонные черты, зная, что у нее нет шансов переубедить его.

– Я буду здесь на рассвете, - сказал он, и взгляд, которым он посмотрел на нее, содержал молчаливую угрозу, что он утащит ее в пижаме, если она не встанет вовремя.
– Точно так же, как когда мы тренировались в прошлом, я верну тебя, прежде чем кто-нибудь заметит, что кто-то из нас пропал. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть… для нас обоих.

Алекс вздохнула, но кивнула в знак согласия. Она знала, что тренировки с Нийксом важны… если она не могла пробиться через любые стычки, с которыми ей еще предстояло столкнуться, тогда не было никакого смысла в том, чтобы она училась, как усилить свой дар или что-то еще, поскольку не доживет до этого дня.

– Я принесу столько лэндры, сколько смогу унести… немного для тебя, чтобы отдать Кие, но также и для тебя, для подстраховки.

Алекс снова вздохнула, полностью отдавая себе отчет в том, что ей, вероятно, понадобится большое количество просто для того, чтобы пережить урок с Нийксом. Их связь могла заставить его почувствовать каждую травму, которую она получила, но его терпимость к боли была намного, намного выше, чем у нее. Он был по-настоящему безжалостен, когда дело доходило до того, чтобы довести ее до предела.

– Рассвет. Лэндра. Неизбежный пинок под зад, - сказала Алекс, пытаясь придать своему голосу немного энтузиазма.
– Не могу дождаться.

Слегка посмеиваясь, Нийкс встал.

– Тебе нужно отдохнуть. Когда мы закончим завтра, мы подумаем, как ты заставишь Кию и Заина забыть о моем участии в твоих тренировках… и обо всем остальном.

Алекс поковыряла потертый край там, где были разрезаны ее окровавленные джинсы.

– Было бы проще, если бы я просто сказала им правду о тебе.

– Может быть, когда-нибудь, - сказал Нийкс, - но сейчас это слишком большой риск.

Алекс знала, что он прав, даже если бы ей хотелось, чтобы это было не так.

– Постарайся, чтобы никто другой не зарезал тебя до рассвета, - сказал ей Нийкс, его глаза сверкали.

– Постарайся не упасть с Валиспаса на обратном пути в Мейю, - последовал ее немедленный ответ.
– Ты же не захочешь испортить это милое личико.

– Звезды небесные, это было бы трагедией, - согласился Нийкс и, ухмыльнувшись и подмигнув, исчез из комнаты.

«Увидимся через несколько часов, котенок», - позвал его мысленный голос.

– Из-за тебя мне очень трудно вспомнить, почему я скучала по тебе на прошлой неделе, - ответила Алекс.

«Если это тебя утешит, то из-за тебя мне так же трудно задаваться вопросом, почему я скучал по тебе последние несколько тысячелетий».

Пауза, а затем она сказала:

– Один - ноль в твою пользу.

Глубокий смех Нийкса грохотал в голове Алекс, когда она встала и выключила свет. Спотыкаясь, полностью одетая, она вернулась в постель и заснула с улыбкой на лице.

Глава 10

Несмотря на заявление Нийкса о том, что Алекс забыла все свои с трудом заработанные боевые навыки, когда на следующее утро он вытащил ее из постели, она быстро доказала, что он ошибался. Но это не означало, что их тренировка на вершине горы Педрис - пика, возвышающегося высоко над академией и нависающего над озером Фи, - не была жестокой. Потому что так оно и было.

– Как ты все еще в такой форме?
– Алекс тяжело дышала, когда они, наконец, закончили на сегодня. Она мешком рухнула на снег, ледяная прохлада принесла одновременно и облегчение, и дискомфорт.
– Ты застрял в тюремной камере на последние миллионы лет. Твои мышцы должны были, типа, атрофироваться или что-то в этом роде.

Он сделал быстрый глоток из фляжки с подогретым нектаром лэндры, который принес с собой, в дополнение к остальным цветам, которые они оставили спрятанными в комнате Алекс, и послал дерзкую ухмылку.

– У всех нас есть свои секреты, котенок. Но я не буду осуждать тебя за то, что тебе нужны мои навыки. Вполне естественно, что ты ревнуешь.

– Приятно видеть, что ты такой же скромный, каким я тебя помню.
– Алекс села и забрала у него фляжку, залпом выпив нагретую жидкость. Почти сразу же ее боль от их энергичного сеанса исчезла, исчезло и легкое переохлаждение, которое появилось из-за утреннего пребывания на большой высоте.