– День и ночь, - задумчиво произнес Сабер.
– Ты полагаешь, что это относится к нам?

Алекс медленно кивнула.

– Вы и Дневные Всадники.

Она случайно взглянула на Каспара Леннокса и Ширез, то обнаружила, что их глаза широко раскрыты, а пятнисто-серые лица болезненно бледны.

– И этот «Враг», - продолжил Сабер, - я полагаю, вы подразумеваете Эйвена?

– Да, - подтвердила Алекс.
– А «Пленники» - это те, на кого он претендовал.

– А как насчет остального?
– спросил Радек.

На этот раз Алекс покачала головой.

– Из того, что я знаю о пророчествах, - все это было из фантастических книг и фильмов, но им не нужно было это знать, - они обычно открыты для интерпретации. Так что я не уверена, что означает «Тьма и Свет». Но если бы мне пришлось сделать ставку на догадку, поскольку там упоминается «середина удара», тогда, возможно...

Алекс не закончила фразу. Вместо этого она призвала Аэнару, и оружие появилось в сиянии славы.

– У этого клинка много имен, - сказала Алекс старейшинам.
– Одно из которых – «Несущий свет». Возможно, это что-то значит, а возможно, и нет. Но по какой-то причине мне было сказано пророчество, и меня заверили, что я пойму, что оно означает, когда придет время.
– Она внимательно оглядела их всех.
– Я верю, что это время приближается. Вы не можете игнорировать пророчество, так же как и я. Я умоляю вас пересмотреть свое решение и присоединиться к нам в борьбе против Эйвена.

Долгое время все, что они делали, это смотрели на Алекс. Затем Азалия заговорила.

– Апокалиптическое видение будущего, данное тебе разумной Библиотекой, и смутное пророчество от потусторонней расы, это предел твоего предупреждения?

Сквозь стиснутые зубы Алекс сказала:

– Вместе с напоминанием о ненависти Эйвена к смертным… ненависти, которую он теперь может использовать, управляя своей Заявленной армией.

– И все же ты не можешь предоставить нам никаких доказательств существования этой армии, - сказала Азалия.

Алекс чувствовала, что они ходят по кругу, поскольку они уже обсуждали это во время ее предыдущего обращения. Но, тем не менее, она ответила:

– Это потому, что любой человек в армии Заявлен и будет отвечать только так, как Эйвен хочет.

– Понимаю, - сказала Азалия, постукивая себя по подбородку пальцем с острым ногтем.
– Что, если бы был кто-то из его так называемой Заявленной армии, кто мог бы дать показания против твоих обвинений? Кто-то, на кого не претендую, и кто мог бы предоставить гарантии того, что мы здесь, в Грейвеле, в безопасности? Пророчество или нет, видение будущего или нет, что бы ты тогда сказала?

Алекс ответила правду.

– Такого человека не существует.

– Ошибаешься, Александра, - раздался вежливый мужской голос, и она обернулась, чтобы увидеть Маркуса Спаркера, появившегося в поле зрения.
– Хотя, должен сказать, я очарован всем, чем ты поделилась с почтенными старейшинами. У тебя такое живое воображение.

Алекс отшатнулась назад, ее рука взлетела ко рту в шоке и смятении. Видение, пророчество… он подслушал все. Страх сжал ее от осознания того, что это означало... и осознания того, что с таким же успехом она могла бы сообщить эту новость самому Эйвену.

«Нет, нет, нет», в отчаянии подумала она. Но у нее не было времени размышлять о своем страхе, так как он не закончил говорить… на самом деле, он едва начал.

– Я видел своего сына, когда недавно прогуливался по Обскурии, - сказал ей Маркус, как будто они вели дружескую беседу.
– Он не видел меня, так как был отвлечен… неудивительно, учитывая, что его внимание было сосредоточено исключительно на принцессе. У моего сына, похоже, хороший вкус. Если у меня самого не будет такой возможности, пожалуйста, передай мои поздравления им обоим.

При мысли о том, что Маркус просто смотрит на Джордана, Алекс потеряла самообладание. Только потому, что Маркус и Наташа позвали его обратно в дом своих предков, Эйвен смог Заявить на него права. Родители Джордана также солгали о том, что его брат Лука жив, но было ли это потому, что они были Заявлены сами или просто ужасными людьми, Алекс не знала.

– Держись, черт возьми, подальше от Джордана, - прошипела Алекс, прижав руки к бокам, пульсирующая боль в ране только подпитывала ее гнев.
– Держись подальше от всех нас, грязный ублюдок…

– Следи за языком, Александра, - прервал Маркус, выглядя заботливым, если бы не его ледяные глаза.
– В конце концов, мы находимся в уважаемой компании.

– Маркус Спаркер прибыл, пока мы обдумывали твои предупреждения, - сообщил Радек Алекс.

– Я уверен, что это совпадение по времени, - заявил Маркус так гладко, что Алекс пришлось проглотить желчь.

– Он уверяет нас, что гнев Эйвена направлен только на вашу расу, а не на нашу, - сказала Азалия.
– Мейя не враг Грейвелу.