– Эйвен не Претендовал на Нийкса.

Взгляд Мэгги сузился.

– Еще одна ложь.

– Он не мог, - сказала Алекс и шепотом закончила: - Потому что я первая Заявила права на Нийкса.

Потрясение Мэгги было настолько сильным, что она случайно выпустила стрелу. Меяринские рефлексы Алекс позволили ей на долю секунды нырнуть в сторону, толкнув Нийкса вместе с собой, но даже тогда она все еще была ранена в руку, острый наконечник стрелы прорвал ее пальто и задел бицепс.

Она зашипела от укола боли, и Нийкс немедленно оттолкнул ее от себя и развернул, чтобы лихорадочно осмотреть ее руку.

– Это всего лишь поверхностная рана, - сказала она ему сквозь стиснутые зубы, и теперь он сам это понял, поскольку такая же рана появилась у него на руке. Его была гораздо заметнее, так как он не был укутан от холода, как Алекс.

– Вот, - сказал он, протягивая ей фляжку с лэндрой. Она была рада, что они не опустошили ее раньше. Не то чтобы рана была серьезной, но она все еще истекала кровью по всему снегу. Нийкс тоже, и его рана не заживет, если у неё не заживёт первой.

Пару глотков и несколько секунд спустя они оба были как новенькие.

... Пока они не повернулись, чтобы посмотреть на Мэгги, которая покачивалась на месте, прикрывая рот рукой.

– Ты заявила Права на него?
– в ужасе прошептала инструктор по стрельбе из лука.

– Это долгая история, но да, я это сделала, - сказала Алекс так же тихо, полностью осознавая, что она только что призналась в проведении ритуала, запрещенного меяринам под страхом смерти.

– На меня напал Сарнаф, Мэй, - сказал Нийкс, очевидно, решив, что это история, которую его сестра должна услышать.
– Я умирал. Эйлия спасла мне жизнь. И когда позже она попыталась освободить меня, я не согласился на это Освобождение. Она больше не может контролировать меня, но мы все еще связаны… как ты только что видела.

Он многозначительно посмотрел на кровь, стекающую по его руке из уже зажившей раны, и продолжил:

– Из-за этой связи, когда Эйвен попытался Заявить на меня права, он не смог. Он думает, что сделал это, и это единственная причина, по которой я все еще могу оставаться в Мейе и шпионить за ним, но первоначальная власть Эйлии надо мной защищает меня, поскольку ее воля сильнее его.

Мэгги тяжело дышала, переводя взгляд с одного на другого, ее глаза наполнились слезами.

– Ты ведь не врешь, правда?
– прошептала она.
– О чем-нибудь из этого?

Нийкс тяжело выдохнул и прошептал в ответ:

– Нет.

– Но… Но король...

Нийкс не ответил, но Алекс не позволила бы ему потерять то, что могло быть единственным шансом, который у него был, чтобы вернуть доверие своей сестры, поэтому она сказала:

– Это тоже был не Нийкс, но он заставил Эйвена поверить в ложь, чтобы доказать свою преданность. Никто не должен знать, Мэгги. Его жизнь будет потеряна, если Эйвен узнает правду. Ты понимаешь?

Мэгги не ответила словесно. Она также не кивнула и не предложила никакого другого подтверждения секретности. Что она сделала, так это всхлипнула и бросилась к брату, глубоко зарываясь в него, выплакивая тысячи лет мучительных слез на его крепкие плечи.

«Я, эм, оставлю вас одних», - тихо сказала Алекс Нийксу, зная, что им нужно немного уединения. «Поделись с ней всем, что тебе нужно, включая любые мои секреты, если ты считаешь, что ей нужно их услышать».

Нийкс кивнул поверх головы Мэгги, в его глазах читалась благодарность.

«Просто помни, что скоро все больше людей начнут просыпаться», предупредила его Алекс. «Возможно, ты захочешь отвезти ее куда-нибудь еще, чтобы наверстать упущенное. Но также не держитесь подальше от Мейи слишком долго… она поймет риск, особенно сейчас."

– Не буду, - тихо пообещал Нийкс. «А теперь иди и немного отдохни перед боем».

Желудок Алекс скрутило от внезапной тошноты.

«Я дам тебе знать, как только все закончится».

«И мы отпразднуем твою победу», - сказал он ей, снова с той же самоуверенностью. Но потом он добавил: «Празднование на расстоянии, так как я не должен сегодня снова покидать Мейю».

Алекс усмехнулась и отвернулась от друга и учителя, забавляясь мыслью о том, что может повлечь за собой празднование на расстоянии.

Но когда она возвращалась в общежитие с намерением последовать совету Нийкса вздремнуть перед тем, как отправиться в Грейвел, Алекс поняла, что ей все равно, что это за праздник, главное, чтобы для него была причина.

(вставить картинку)

Алекс не могла дышать.

Она не могла дышать, потому что ее нервы сдавливали трахею, ограничивая поток воздуха в легкие.

Она не могла дышать, потому что вокруг нее было фиолетовое пламя, отрезавшее ее от массы Ходящих по Теням, глумящихся со всех сторон Обскурии; отрезавшее ее от встревоженных друзей, беспокойной волчицы, напряженного Каспара Леннокса, стойкой Ширез Ганаре и трех самодовольных старейшин.