– Ладно, – нехотя пробурчал он и вышел.

– Как успехи у нашего стажера?

Калашникова разом подобралась и без намека на улыбку отчиталась перед командиром:

– Всю теорию курсант сдал. Не с первого захода, правда и не на «отлично», но доверить машину ему можно. Полеты по коробочке, взлет-посадка, полет по приборам. Ночные пока не проводили.

– Понятно. А у вас с Виктором что творится?

– Не понимаю, о чем вы! – нахмурилась девушка.

– Таня, я не слепой и не идиот. Скажи мне, что происходит?

– Мартемьян Андреевич, у нас все в порядке! – отчеканила Калашникова, и по ее отчаянному взгляду Март понял, что ничего от нее больше не добьется.

– Хорошо, ступай, – не стал спорить Март и, выйдя вслед за ней, тут же наткнулся на встревоженного Кима.

– Пошли в оружейку, – велел он ему.

– Одну секунду, – попытался задержаться приятель, но не тут-то было.

– Успеешь полюбезничать, – не допускающим возражений тоном приказал командир, и скоро они оказались наедине.

– Не хочешь мне ни о чем рассказать? – пытливо посмотрел на друга Колычев.

– О чем?

– Ну, хотя бы о беременности Тани!

– Как ты узнал?

– Витя, блин! Я ведь одаренный!

– Ну да, конечно, – обреченно махнул рукой Ким. – От тебя ничего не скроешь…

– И давно?

– Не знаю, – пожал тот плечами, – мне она вчера сказала.

– И что думаешь делать?

– Ума не приложу, Марик, – честно признался тот.

– Ты хоть любишь ее?

– Конечно, люблю! Но все так непросто… У нас с ней ни кола, ни двора. Это, кстати, ее слова. Учиться, опять же, надо…

– Это единственная причина?

– Не только. Она сказала, что без родительского благословения замуж не выйдет!

– Серьезно?

– Ага.

– А родить вне брака она, значит, не боится?

– Я ей то же самое сказал.

– И что?

– Обиделась.

– Ну, это нормально. Слушай, а где ее родные живут?

– В какой-то деревеньке под Хабаровском. А что?

– Да так. Стажеру нашему для полноценной практики только часов налета не хватает. В принципе, можно и на Дальний Восток сгонять.

– Ты серьезно?

– А что? Бешеной собаке семь верст не крюк!

– Ну, наверное…

– Тебя что-то смущает?

– Понимаешь, судя по Танькиным рассказам, родители у нее уж больно суровы. А брат вообще людоед…

– Это тот, что на «Нерюнгри» механиком служит? Как его там по имени-отчеству? Михаил Дмитриевич?

– Ну да.

– Не бойся. Если сватами выступят наследник престола и сенатор, думаю, даже они не откажут. Заодно и в Сеул заскочим, а то мне эта вся лифляндская холодрыга, слякоть и прочие атмосферные явления уже немного поднадоели. Хочется тепла и солнышка. Развеяться немного… Ну, и приют навестим, помнишь, сам предлагал? Можем и твоего папеньку сыскать, раньше он тебя и знать не желал, а теперь ты вон каков! Глядишь, и признает, благословит. Чай, не чужой человек. Учебу твою ведь он оплачивал…

– Да…

– Одним словом, решено. Устроим нечто вроде прогулки. И команду в рейсе сколотим поплотнее. А то пока ровно чужие… Непорядок…

– Это верно! Мужики они все мировые, но пока сложно им. А в тесноте корабельной всем не до чинов будет…

– Вот и я о чем…

Всем известно, что рабочий кабинет самодержца всероссийского – это святая святых, и вход туда посторонним заказан, в особенности если его величество занят важными государственными делами. Но, как из всякого иного правила, имелись и исключения. Например, императрица Евгения, свято уверенная, что уж во дворце-то имеет право на всё!

Не обратив ни малейшего внимания на жалкие попытки сопротивления камер-лакеев, государыня грудью проложила себе дорогу и неотвратимо как судьба возникла на пороге кабинета.

– Сашка, нам нужно серьезно поговорить! – громко заявила она, как только слуги прикрыли за ней двери.

– Прямо сейчас? – оторвался от изрядно наскучивших ему бумаг Александр III.

– А когда?! Скажи мне. Нет, я жду! – подпустила патетики императрица. – Ночью ты хочешь спать, за завтраком неудобно, на малом выходе неприлично, обедать ты будешь в Адмиралтействе, а я снова останусь наедине со всеми проблемами!

– Хорошо, – вынужден был согласиться царь. – Я тебя слушаю. О каких проблемах идет речь?

– То есть ты хочешь сказать, что ничего не знаешь?!

– Абсолютно.

– Нет, это даже как-то…

– Дорогая, может быть, ты все-таки скажешь, в чем дело?

– Ах вот значит как? Впрочем, ничего иного я от тебя и не ждала. Ну, хорошо-хорошо, я буду играть по твоим правилам. В конце концов, кто я? Всего лишь слабая женщина…

– Женя!!! – начал терять терпение царь.

– Что? Ты кричишь на меня? Мало того, что я разлучена с нашим единственным сыном и наследником, так еще и ты…