– Не совсем, – бесстрастно отозвался молодой человек, устраиваясь поудобнее. – Но дело, которое нам нужно обсудить, не менее важно. Скорее, даже более…

– Вот как? – с некоторой досадой посмотрела на своего собеседника Марцева.

– Скажите, есть ли хоть малейшая вероятность того, что ваш кабинет прослушивается?

– Что?!

– Вы слышали.

– Все настолько серьезно?

– Более чем.

– Знаете что, Мартемьян. Давайте пройдем в лабораторию, там сейчас никого нет, и мы сможем спокойно все обсудить без опаски быть услышанными…

– Итак, что вы хотели мне сообщить? – резко спросила Марцева, как только они закрылись от посторонних.

– Мне известно, почему ваши попытки инициировать цесаревича потерпели неудачу!

– Мне тоже, – сдержанно качнула головой целительница. – Он абсолютно не имеет способностей…

– Точнее, они надежно заблокированы.

– Что вы имеете в виду?

– Скажите, Лидия Михайловна, вы знаете, кто и при каких обстоятельствах изготовил артефакт наследника престола?

– Опять вы за старое? – поморщилась сенатор. – Да! Мне не просто известно, кто его изготовил. Я некоторым образом принимала в этом участие, в том числе проводила проверку после его изготовления. Так что ваши измышления абсолютно беспочвенны. Артефакт или, точнее, оберег тут совершенно ни при чем!

– К сожалению, дело именно в нем, – упрямо повторил Колычев.

– Да с чего вы это взяли?!

– С того, что в энергоплетениях артефакта вшита блокировка потока. При беглом осмотре она не слишком заметна, но, тем не менее, она там есть.

– Ну, разумеется, есть, – фыркнула целительница. – Как еще можно защитить наследника от враждебного внешнего воздействия?

– Да, но перекрыты не только внешние потоки, но и внутренние. Энергия оберега направлена на полную изоляцию ауры наследника от любого воздействия, в том числе и от находящегося в нем адаманта. И что хуже всего, такой барьер начисто исключает возможность инициации.

– Вы уверены? – побледнела Марцева.

– Видите ли, в чем дело, уважаемая Лидия Михайловна, – вздохнул Март. – Я, быть может, не самый лучший артефактор, но у меня в команде есть человек, который разбирается в этом искусстве. И он со мной полностью согласен…

– Но как это возможно?

– Способов как раз масса, но, чтобы понять, какой именно использован, нужен сам артефакт. Вы можете под любым предлогом снять его и передать мне для изучения?

– Для этого нужны веские основания. Одних догадок, равно как и умозаключений вашего японца, которого вы зачем-то выдаете за черкеса, тут недостаточно…

– Ну и ладно, – легко согласился Март. – Давайте зайдем с другой стороны. Расскажите, как был создан этот оберег. Мне почему-то кажется, что это будет крайне любопытная и поучительная история.

– Извольте, – кивнула Марцева, после чего несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и начала свое повествование: – Идея создания этого артефакта принадлежала самому государю. Но, как вам известно, в России не так много специалистов в этом вопросе, а привлекать иностранцев никто не хотел. И тогда на помощь пришел великий князь Николай Михайлович.

– Кто, простите?

– Николай Михайлович. Двоюродный дед нынешнего государя.

– Он одаренный?

– Не просто одаренный, а один из самых сильных среди Романовых. До инициации Александра Третьего именно он представлял царствующую фамилию в Сенате.

– Хм, интересный человек.

– Более чем. Известный историк, энтомолог, член Парижской академии наук, Лондонского королевского общества и к тому же собиратель редкостей.

– Насколько я понимаю, редкости – это артефакты?

– Не только, но в общем да. У него самая обширная коллекция в России и весьма значительные связи среди сильнейших артефакторов по всему миру. И когда к нему обратились за консультацией…

– Обратились, или он сам предложил свои услуги?

– Нет, это была инициатива государя. Так вот, именно он озвучил кандидатуры мастеров и определил параметры энергиона, а также разработал методику проверки.

– Даже так?

– Именно! И смею вас уверить, проверка была очень строгой и тщательной. Никаких побочных эффектов не обнаружено. Именно поэтому я, полагая вашу версию несколько… эм…

– Притянутой за уши?

– Весьма точное определение!

– Скажите, а великий князь имел возможность контактировать с артефактом после того, как он был надет на наследника?

– Конечно! Они же родственники!!!

– И как часто такое случалось?

– Никак не пойму, Мартемьян, куда вы клоните?

– Видите ли, Лидия Михайловна. После того, как императрица Евгения нагрузила меня вопросами инициации цесаревича, я изучил все его контакты. Никакого доброго дедушки Николая Михайловича там не было!