— И все же я здесь.

Она не заметила, что я отобрал у нее пистолет, щелкнул предохранителем и заткнул его в джинсы. У меня чесались руки дотронуться до нее, но я снова прижал их к стене и наблюдал, как она ерзала под моим взглядом.

— Я тебя ненавижу.

— Ты меня не ненавидишь. — Я прижался губами к ее шее и лизнул то место, где ее пульс бился быстрее, чем обычно. — Ты ненавидишь то, что не можешь.

— Должна сказать тебе то же самое. — Я услышал гневный тон в ее голосе и улыбнулся.

— Ты права. Я не ненавижу тебя, Монро. Уже нет. Я одержим тобой, — признал я.

– Почему мне кажется, что это намного хуже? — горестно прошептала она. Я поднял голову, чтобы встретиться с ней глазами, и увидел вопрос и страх. — Почему ты здесь, Киран?

— Я же сказал, что мне нужно увидеть…

— Меня? — захныкала она.

— Да.

— Тебе нужно было узнать, боюсь ли я все еще тебя?

Теперь у нее был отстраненный взгляд, и я испытал незнакомую, но сильную потребность обнять ее и защитить от мира, но больше всего от меня.

Я помню, как впервые почувствовал подобную потребность.

Я только что вернулся с лета в баскетбольном лагере. Вместо веселья это было изнурительно и бесполезно. Я участвовал в бесчисленных драках, многие из которых начинал и оставался злой практически все время. Это был первый раз, когда я так долго не виделся с Монро. Учебный год начался, я видел, как она шла по коридору в первый день учебы. Она выглядела такой красивой. В тот день она была другой. Я не мог понять это, но в ней было больше женственности. Я протянул руку, чтобы погладить ее лицо, как будто это было самым естественным поступком. Именно из-за ее вздрагивания реальность обрушилась на мои плечи, и я быстро поправил себя, вырвав ее книги из ее рук. Мне приходилось заставлять ноги продолжать двигаться и бороться с желанием оглянуться.

Только когда я впервые встретил ее, я осознал, что мелкое дерьмо, которое я сделал с ней, доставляло мне лишь ложное чувство удовлетворения. Заставить ее бояться меня, было только полдела. Мне нужно было заставить ее хотеть меня тоже.

– Да, — соврал я. Мне было наплевать на ее страх, но я бы солгал, если бы сказал, что не хочу все еще контролировать ее.

— Что ж, мне жаль тебя разочаровывать.

— Ты не разочаровала, — я пожал плечами и отошел, чтобы сесть на кровать. Я нуждался в пространстве так же, как и она. На данный момент мне не потребуется много времени, чтобы трахнуть ее прямо здесь, у стены. Это было бы тяжело и без извинений. Я заставлю ее хотеть этого, а затем заставлю ее плакать, прежде чем уйти от нее, как всегда.

— Я тебя больше не боюсь.

— Это только твои слова, — убийственный блеск в ее глазах, а затем то, как она в шоке уставилась на свою руку, когда она наконец поняла, что ее пистолет пропал, сказали мне, о чем она думала. — Я забрал его у тебя, когда целовал тебя, глупенькая.

– Отдай обратно.

— Зачем тебе пистолет? — я не пытался скрыть свое самодовольство. Я хотел, чтобы она знала, что я знаю о своем влиянии на нее.

– Ты действительно спрашиваешь о таком? Между тобой и твоим больным сумасшедшим отцом я чувствовала, что это было более чем необходимо. Когда я думаю о том, что он сделал с Кинаном, я… — Она закрыла рот и посмотрела на меня с обеспокоенным выражением лица. — Ты уже ходил к нему? — прошептала она.

Смена темы застала меня врасплох, но я хорошо это скрывал. Я даже поймал себя на том, что киваю.

— Он уже очнулся, — сказал я.

— Я знаю. Шелдон сказала мне несколько дней назад. Как он?

— Он уже не тот. — Мы долго смотрели друг на друга, пока она пыталась понять, что я имею в виду. Глубокий хмурый взгляд только усилился, а потом внезапно исчез.

— Киран, я должна знать… — Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Почему ты убил ее? Раньше ты говорил, что не поверил, что она невиновна, но должно быть что-то еще.

– Почему ты думаешь, что есть еще что-то?

— Потому что я не верю, что ты убийца, черт возьми.

– Ты не знаешь ничего обо мне, кроме моего члена, Монро. Не пытайся искажать.

– Даже закрытая книга может рассказать историю.

— Ага, ну моя не сказка.

— И твоя мать? А что насчет ее истории?

Она все еще занимается этим?

Ее настойчивость в том, чтобы узнать больше о смерти Софии, я мог бы использовать в своих интересах.

— На что ты готова пойти ради ответа?

— Серьезно?

— Ты легко получишь свой ответ, если дашь мне то, что я хочу.

— Например?

— Ты. Сегодня вечером. Прямо здесь и сейчас.

— Извини, но нет.

— Даже если я пообещаю трахать тебя долго и мучительно? — Я почти ухмыльнулся тому, как она съёжилась, и как ее рот открылся от возмущения. Ее тело уже сказало «да», но ее разум еще противился.

— Ты умеешь убеждать, — пошутила она.

— Ты стоишь передо мной, в чем мать родила. Ты же знаешь, как я отношусь к легкой добыче.