— Но, Джейк...

— Торопись! — настойчиво перебил он ее и проводил взглядом ее фигуру, растворившуюся в тени. Она двигалась совершенно бесшумно.

Когда Блисс вернулась, Джейку показалось, что она материализовалась из той же самой тени. Пригнувшись, она быстрыми шагами приблизилась к нему.

— Ты видела что-нибудь? — шепотом осведомился он. Она кивнула.

— Машина едет в эту сторону. Я видела огни фар.

— Ладно, давай посмотрим, кто навещает Напруди Лужу в столь позднее время.

Они вернулись в дом. Джейк знал, что им следует действовать быстро, и решил устроить засаду у входной двери. Потянулись тревожные минуты ожидания.

Через некоторое время до них донесся приглушен! ты и шум мотора. Дождь уже прекратился окончательно, и в наступившей тишине они ясно услышали хруст гравия под колесами машины. Он затих, и почти тотчас же послышались звуки шагов. Кто-то поднимался по лестнице в дом.

Раздался стук в дверь. Блисс отворила ее, и в то же мгновение Джейк, прыгнув вперед, крепко схватил ночного гостя Маккены и втащил его в дом. Блисс ногой захлопнула дверь и щелкнула выключателем.

Вспыхнул свет, и они увидели перед собой китайское лицо с одним здоровым глазом. Другой, затянутый молочно-белым бельмом, горел в отраженном свете, похожий на сердитое зимнее солнце.

— Я не желаю с ним встречаться, — заявил Сойер Сей Ан. — Ни под каким видом...

— Но я уже здесь, — возразил сэр Джон Блустоун, отворяя дверь кабинета Эндрю Сойера.

— Прошу прощения, тай-пэнь, — извиняющимся голосом промолвила Сей Ан, хмуро уставясь на высокого гвай-ло. —Он застал меня врасплох.

— Ничего страшного, Сей Ан, — отозвался Сойер.

— Я послала за охраной.

Сойер увидел широкую, самодовольную ухмылку на физиономии Блустоуна и не смог стерпеть ее.

— Нет-нет, Сей ан. Скажи им, что все в порядке, и отошли их назад, — возразил он, хотя это в известном смысле роняло его достоинство в глазах секретаря.

Взглянув на своего тай-пэня,Сей ан поняла, в сколь неловком положении тот оказался и, не желая усугублять это положение, молча кивнула и закрыла за собой дверь.

— Присаживайтесь, тай-пэнь, —с принужденной улыбкой обратился к непрошеному гостю Сойер. — Чем обязан столь высокой чести?

День клонился к вечеру. Красноватое солнце висело в небе, точно набухший синяк. Порт Виктории был забит разнообразными кораблями, начиная от древних, на вид весьма обветшалых джонок с широкими оранжевыми и красными парусами до сверхновых сверкающих крейсеров; от грязных барж и Других грузовых судов, зарегистрированных в портах, разбросанных по всему земному шару, до сверкающих, выкрашенных в серый цвет авианосцев.

— Из этих окон, — заметил Блустоун, не обращая внимания на Сойера, — открывается поистине удивительный вид. Он создает такое впечатление, будто ты владеешь всем Гонконгом. — Он отвернулся от окна и все с той же усмешкой на лице, не спрашивая разрешения, подошел к буфету и наполнил два широких хрустальных бокала. Один из них он поставил на стол перед Эндрю Сойером, а сам приложился к другому. — М-м-м, один солод. Превосходный вкус. — Сойер не прикоснулся к своему виски. Он держал руки перед собой, сцепив их, чтобы унять дрожь, вызванную то ли гневом, то ли страхом: он сам не мог сказать наверняка.

— Не хотите выпить, тай-пэнь? —осведомился Блустоун, вновь ухмыльнувшись. Он был одет в безупречно сшитый легкий костюм, ослепительно белую рубашку с золотыми запонками, армейский галстук и начищенные до блеска красно-коричневые ботинки.

— Это что, светский визит? — поинтересовался Сойер, окончательно выведенный из себя наглостью визитера.

Блустоун улыбнулся своей еще одной крошечной победе над заклятым врагом. Эти победы, складываясь друг с Другом, скоро должны были перерасти в полный триумф. Заглянув в рюмку, он взболтнул янтарную жидкость.

— Светский? О нет, тай-пэнь.Боюсь, у меня нет времени на подобные вещи.

— Разумеется, нет, — насмешливо отозвался Сойер. — В последнее время вы были очень заняты. Не так ли?

— И именно поэтому вы бы сейчас с большим удовольствием огрели меня чем-нибудь тяжелым по голове, не так ли, тай-пэнь? — Блустоун медленно поднял голову и уставился прямо в глаза собеседнику. — Однако я бы посоветовал вам вести себя поосторожней.

— Это угроза? Вы полагаете, что можете испугать меня?