Шаг пять: расспросить о делах. Едва Велизар отложил ложку, начала выполнение последнего пункта:

— Как дозор?

— Ты зачем всё в доме переставила? — спросил Велизар вместо ответа. — И столько ткани, что я тебе для платьев взял, на занавески потратила?

— Так всё для уюта в доме, — ответила, скрывая досаду. За свой труд было обидно.

Чтобы как-то реабилитировать свою задумку, снова схватила Велизара за руку, потащила в красный угол.

— Вот смотри, пришли к тебе гости. С удобством сели, поговорили. Хорошо же? Или захотел отдохнуть после трудов. Присел и… — я запнулась и огляделась.

В задуманном мной интерьере не хватало одной очень важной детали — телевизора, в который надо во время отдыха усиленно смотреть. Смотреть из красного угла можно было только на печь. В крайнем случае — как Анчутка лепит пироги. А это совсем не то, что нам нужно.

— Ну и общаешься, — растеряно закончила фразу. — С Анчуткой. Или со мной. Зато смотри, какую прелесть мы придумали, — переключила внимание Велизара на крючки для одежды. С их пользой точно не поспоришь.

Велизар посмотрел на них, но снова остался недоволен:

— Сказал же, чтоб в доме не хозяйничала.

Шаг пять: расспросить о делах. Миссия провалена. Поход к кузнецу был под угрозой.

— Но ведь красиво, — я обижено надулась. — Я ж для тебя старалась. И чтоб удобно было, и чтоб глаз радовался.

Раз советы бабушки не помогли, воспользуюсь советом подруг: если что, виноватить во всём мужчину. Мужчины они ж такие, сразу не понимают пользу подушек и занавесок. Это потом распробуют, привыкнут. И уж тем более так сразу не догадаются, если не рассказать о своей обиде.

Взгляд Велизара вдруг заметно потеплел. Это у него обед переварился или советы подруг сработали?

— Это не твой дом. Ты здесь гость, — напомнил Велизар. Теперь виноватой себя почувствовала я. Один-ноль. Не в мою пользу.

— Я думала, что тебе понравится. Пусть я гость, но ты ж сам сказал, что так скоро меня не отпустишь? — стала оправдываться. А то вдруг к кузнецу не сводит.

— Ладно, — коротко ответил Велизар и отвернулся.

Но про кузнеца ничего не сказал. Хорошо это или плохо? На всякий случай весь оставшийся день следила за Велизаром, но спросить не решилась.

Как обычно после дозора, спать он ушёл рано, так и не сказав ничего об обещании. Я вдруг с облегчением подумала: хорошо, что в его комнату я заходить боюсь и ничего там не переставила.

— Идём к кузнецу, — на утро объявил ведьмак.

Я так сразу оказалась не готова. А приодеться? Или тут ходят в гости в чём есть? Оказалось, да — нарядная одежда тут только для праздников.

— Так куры еще не кормлены, — пролепетала я. Выйти за ворота оказалось очень волнительно. Я ждала этого столько дней. Но от неожиданного заявления Велизара засомневалась, что мне туда надо.

— Анчутка! Кур сам покорми, — крикнул бесу Велизар и пошел к воротам.

Я неуверенно поплелась за ним. От чего-то не отпускала мысль, что невидимая стена меня не выпустит. Мне хотелось увидеть улыбку Велизара, но не когда бы он стал смеяться, что я не могу выйти. Но он протянул мне руку, когда заметил, что я замешкалась, и вывел на улицу.

На всякий случай со всех сил схватилась за протянутую руку. Если волшебство снова назад во двор откинет, то полетим туда вместе с поставившим стену ведьмаком. Но ничего не случилось. Я прошла через калитку, будто и не было тут никаких волшебных стен. Почувствовала себя сумасшедшей: а вдруг и правда я всё это время зря боялась выйти?

Улица за забором была такая же, как я её видела всё это время: узкая, пыльная, похожая на аллею между огородами. Как только мы вышли на неё, Велизар отпустил мою руку и стряхнул мои ладони — сразу я отпустить его не решилась. Мы вышли по дорожке на другую широкую улицу, едва заметно поднимающуюся вверх.

Оказалось, что Велизар живёт в пригороде, а до города далеко. Сам город стоит на холме и огорожен стеной из плотно сложенных бревен, и возле него кипит жизнь. Дома тут были выше, по два и даже три этажа, и стояли теснее. Чем ближе к городу, тем добротнее постройки. На фасадах множество хаотично размещенных окон — и больших и маленьких. Мой внутренний перфекционист бился в агонии при виде этого безобразия. Улица хоть и широкая, но тесная. Люди и гужевые повозки мешали друг другу, было очень шумно.

Возле ворот был ведущий через ров мост. Перед мостом народу было намного больше. Кто-то пытался проехать на телеге, и груз в ней сейчас досматривали дружинники, охраняющие город. Людской поток огибал телегу, но навстречу им шёл другой такой же поток. Люди нетерпеливо толкались, кто-то даже ругался. Образовавшуюся пробку я могла бы оценить баллов на пять.

Я испугалась, что потеряюсь или кто-нибудь слишком бойкий оттолкнёт меня от ворот. Поэтому схватилась за локоть Велизара и шла, теперь почти вплотную прижавшись к нему. Отпустила, лишь когда мы наконец миновали ворота — по ту сторону народ расходился в разные стороны и давки почти не было.