Зейд быстро, по-военному слаженно, смысл с нас остатки секса и помог выбраться из душевой кабины. Мужчина укутал меня в махровое полотенце как маленького ребёнка.

– Можешь приготовить кофе? – Зейд провёл рукой по мокрым волосам, приглаживая их. Это прозвучало практически как просьба. Не было слова «пожалуйста», но мужчина спросил, не приказал открыто. Это был маленький прогресс, от которого стало хорошо и тепло.

– Конечно. Чёрный без сахара. – Я встала на носочки и поцеловала его в щёку. Заметила удивление на лице мужчины и сразу ретировалась на кухню. Быстро залила воду в кофемашину и обновила зёрна, достала несколько яиц и стала готовить яичницу.

Зейд, как настоящий мужчина, любил вкусно и плотно поесть, а мне нравилось ему готовить.

– Вкусно пахнет. – Зейд заходит на кухню уже одетый. В чёрной футболке и джинсах он выглядел великолепно и статно точно бандит из криминального района.

Я разложила яичницу по тарелкам и поставила на стол, налила кофе Зейду в кружку, из которой он всегда пил и вручила её мужчине.

– Приятного аппетита. – Мне хотелось заполнить тишину, поговорить с ним и узнать как прошла ночь, почему он был в крови.

– Взаимно. – Конечно. Слово «спасибо» от Зейда не услышать никогда.

– У меня сегодня выходной. Предлагаю съездить, прогуляться по Риму. – От неожиданности я уронила вилку и поперхнулась яичницей, она застряла прямо в горле, царапая его и не позволяя воздуху пройти в лёгкие.

Зейд с хищной усмешкой наблюдал за моей реакцией. Его забавляла моя растерянность.

– Вы шутите?

– Ты… - напоминает мне Зейд. – Нет. Ты вела себя прилежно, делала все уроки и не расстраивала меня. Так, почему бы не прогуляться.

– У меня на ноге датчик слежения.

– Это не проблема.

– Разве я могу быть против?

– Если нет, то у тебя тридцать минут на сборы!

За это время я успела разучиться краситься, укладывать волосы и выбирать себе одежду на выход, превратилась в загнанную дичь, что боится своего отражения.

Я побежала к шкафу, желая надеть первое попавшееся под руку, чтобы одеться до того, как Зейд передумает, но открыв дверцы, меня охватило желание хорошо выглядеть.

Мы с Карабинером впервые выйдем вместе, возможно, это будет единственная прогулка. Мне бы хотелось выглядеть страшной простушкой на его фоне.

Я достала белоснежный комбинезон из шкафа и приложила к себе, засматриваясь в зеркало. Мне всегда было хорошо в белом.

Через полчаса я уже стояла в коридоре с высушенными волосами и в прекрасном комбинезоне, готовая отправиться на прогулку по Риму. Зейд к этому времени сам убрал со стола, мужчина был в чёрном, будто подчёркивая, что мы противоположности из разных миров.

– Я готова.

– Иди сюда. – Я села на стул на кухне, Зейд подхватил мою ногу и поставил ступню себе на колено, вынул из заднего кармана маленький ножик, разложил его и разрезал браслет. У меня перехватило дыхание от этого зрелища.

Мне была подарена иллюзия свободы.

– Я и без него узнаю - где ты, с кем и что делаешь. Поэтому без глупостей. – Сразу киваю, не решаясь ничего сказать. – Тогда пошли.

Хотелось прыгать на месте и визжать от радости. Я увижу Рим, как и всегда мечтала.

Возле дома был припаркован чёрный Porsche, он весь искрил на солнце. Я такие машины видела только в кино, страшно представить сколько он может стоить.

Зейд открыл машину и жестом пригласил меня сесть. Я не смогла скрыть своего удивления. Карабинеры были элитным подразделением, но неужели они зарабатывали столько, что могли себе позволить элитные авто?

Хотя, если вспомнить слова Зейда, он сам говорил, что никогда не был честным полицейским. Что это значит?

– Где бы ты ходила побывать больше всего? – Зейд завёл машину, двигатель которой приятно заурчал.

– В Ватикане. – Мне неловко в таком дорогом авто, чувствую себя дешёвой содержанкой, которую вывозят на прогулку.

– Ожидаемо. – Усмехается Зейд, трогаясь с места. – Ватикан. Так, Ватикан.

***

Римские улочки в жизни были в миллион раз прекраснее тех, что я видела в кино и на картинках в интернете. Прекрасный город, с которым нужно знакомиться лично. Он потрясающий и тёплый, не похожий на тот, что я увидела в первые дни.

А вот Ватикан меня разочаровал своим размерами, он оказался таким компактным, хоть и красивым. Площадь была маленькой, не такой, как я себе представляла.

– Я думала тут всё… с размахом. – прошептала я, не надеясь, что меня услышит Зейд.

Все итальянцы мне улыбались, приветливо здоровались и были очень любезны. Они не были похожими на тех, что я видела в тюрьме. Жизнерадостные, не скрывающие своего счастья. Я напитывалась их эмоциями, расцветая с каждой минутой и влюбляясь в Италию.