Очень плохой полицейский. Вот кто, Зейд. Не бывает у карабинеров таких дорогих машин, ресторанов и своих людей.

– Я исправлюсь. – Обещаю ему и вздрагиваю, когда Зейд издаёт смешок. Мужчина садится на корточки передо мной и вытирает слёзы с лица. В жесте мало нежности.

– Пока ты со мной, тебе ничего не угрожает. Никто не посмеет тронуть или обидеть. Кроме меня. Это понятно? – Скрытое предупреждение, напоминающее, что единственный способ выжить, слушать его.

– Да, только что будет со мной после? – Когда Зейд наиграется, что со мной будет?

– Думаешь, будет после?

Вопрос с двойным подтекстом. Меня не будет после, и по другому теперь не будет?

– Можно вопрос? – Зейд кивнул, ему было интересно послушать меня. – Кто ты? Кто такой Винсант?

– Знаешь его имя? – Настроение мужчины резко изменилось, глаза помутнели. Я пожалела, что решила спросить. Теперь Зейд мог всё понять неправильно.

– Узнала сейчас. Мужчина сказал, что он купил меня у Марго. В тот день меня должны были отправить к нему. – Мне хотелось быть предельно честной с Зейдом, чтобы мужчина знал, что мне нечего скрывать. Я чувствовала, что он это ценит. – Винсент сказал, что потратил большие деньги. Он не доставит тебе из-за этого проблем?

– Нет. – Уверенный ответ успокоил меня. Зейд ответил без колебаний, его мало интересовал седовласый Винсент. – Больше ты никогда не увидишь его.

Почему-то это прозвучало так, словно больше никто и никогда не увидит Винсента.

Зейд не ответил на мой вопрос, рассказывать о себе он не собирался, а во второй раз спрашивать было рискованно.

Для кого-то характер Зейда может показаться невыносимым и слишком жёстким, а я практически не замечала огрех. Время притирало нас к друг другу, образуя невидимую, но прочную связь.

Я влюбилась в своего странного покровителя и верила, что мужчина испытывает ко мне симпатию. Он был сложным и закрытым, но не делал больно и не обижал. Зейд по-своему заботился обо мне. Просто он был сложным и закрытым человеком.

После прогулки по Риму мне стало разрешено выходить из дому, гулять по городу в любое время. Я стала сама ходить за продуктами и иногда гуляла по центру, заглядывая в магазины. Делала заметки в телефоне о городе, как-то сделала фото и отправила Алине.

Подруга тут же написала мне:«Ни фига се, ты уже в Дольче. Это оригинал?»

Натягивая сарафан, я даже не посмотрела на этикетку, не задумывалась о стоимости вещей. Получалось, что Карабинер купил мне очень дорогую одежду.

Неизменно каждый вечер я готовила ужины Зейду, которые он с удовольствием ел.

– Не так вкусно, как в твоём ресторане, но я старалась. – однажды пошутила я, ставя равиоли в тарелке мужчине. Мне нравилось заботиться о нём и ещё больше, что он принимал это и не менял уклад вещей дома.

– Твоя готовка мне нравится больше. – Ответил мужчина так, что я задерлась вся от его слов. Ему нравилось то, как я готовила, и он открыто похвалил меня.

Я покраснела, опустила глаза и стала рассматривать ноги в тапочках. Услышать комплимент от мужчины было практически нереально.

Зейд ругал меня за то, что я не тратила его деньги. Мужчина дал мне банковскую карту на моё имя, чтобы я могла расплачиваться ей в магазинах и кафе, но я не хотела превращаться в содержанку, получающую деньги за секс.

Чтобы заработать свои деньги, я выходила к фонтану Треви и рисовала карикатуры людей, которые тут же продавала за небольшую плату. В школьные годы я увлекалась художественным рисованием, у меня не плохо получалось.

Дни пролетали беззаботно и тепло, мне даже начинала нравиться моя жизнь. Из памяти постепенно стали стираться события в тюрьме, как страшный сон.

Несколько раз Зейд брал меня с собой в свой ресторан, пока он встречался с кем-то в своём кабинете, я ужинала и рассматривала гостей заведения. Несколько раз я замечала политиков, они приезжали сюда семьёй, чтобы вкусно поесть.

Лишних вопросов я не задавала, а Зейд мало, что рассказывал.

***

– Вы хорошо рисуете. – Замечает молодой парень, заглядывая в мой блокнот. Я снова расположилась у фонтана и рисовала для себя. – Нарисуете меня?

Кучерявый итальянец с собранными волосами в хвост был хорош, он напомнил мне Паоло и тем самым отталкивал от себя. Не было у меня доверия к мужчинам. Я не хотела ни с кем знакомиться и заигрывать, компрометировать себя перед Карабинером.

– Извините, у меня много заказов. – Отказываю парню и возвращаюсь к рисунку. Я рисовала фонтан вместе с людьми карандашом, хотела запечатлеть эту картинку в своей памяти. Итальянская беззаботность.

– Зачем Вы обманываете меня, красавица? Вы рисуете сейчас для себя, почему бы Вам не нарисовать меня? – Парень сел рядом со мной, вытягивая длинные ноги в обтягивающих брюках. Он широко улыбался и открыто флиртовал. – Говорят, я весьма фотогеничен.