Франческа меня вполне устраивала. Она не липла, не просила внимание, между нами были исключительно деловые отношения.

Я бы с удовольствием выходил с Натой в свет, но что-то мне подсказывало, что девчонка могла с лёгкостью поймать журналиста и вылить на него все свои мысли обо мне. Новые скандалы мне пока были не нужны.

Ната. На-та-ша.

Невольно улыбаюсь.

Так сильно ненавидит меня, что готова убить. Маленький ягнёнок стал настоящим хищником. Не послушная. Злая. Своенравная. И только на моём члене забывает обо всём. Чего же ей не хватает?

Вижу, что чувства не изменились, но голова как была засорена мусором, так и осталась.

Иногда меня посещала мысль силой заделать ей ребёнка, не оставить выбора, но я сдерживал себя. Ребёнка мать должна хотеть, иначе возненавидит, не будет любить. Ещё сделает что с малым… Поэтому я стал предохраняться, не хочу потом в больнице соскребать остатки своего наследия.

Докатился.

Потираю виски и зеваю, нужно поспать. Голова уже туго соображает.

Телефон начинает вибрировать. Это из особняка.

– Да. – Мне редко звонили оттуда. Если решили набрать, значит, там всё не радужно.

– Сеньор Хегазу, девушке стало плохо, мы нашли её без сознания. Мы можем отвезти её в больницу?

Поднимаюсь на ноги. Сжимаю кулаки.

– Визите в ближайшую, адрес сбросьте. Я выезжаю.
– Сбрасываю вызов. Только этого не хватало. – Отмени все дела на завтра. Меня не будет.

– Завтра встреча с премьером, он не поймёт и потом будут проблемы. – Серхео выполнял роль моего секретаря, потому что только ему я мог доверить свои дела.

– Похуй. Отменяй. Захочет устроить мне проблемы, узнает, кто такой Сириец. Он ему не понравится. – Я не могу думать о чём-то кроме Наты. Проклятый Паоло, где он вообще её нашёл на мою голову?

Закуриваю. Нужно что-то решать. С глаз долой, из сердца вон - не работает. Нужен другой план.

Может, отправить её в Россию? Под присмотром. Если любит, истоскуется, сама придет, не любит… Зубы скрепят в крошево.

Нет, дальше вытянутой руки не могу отогнать от себя. Не могу физически.

Нужно забирать домой. Или в тюрьму?

Или мне блядь к психиатру?

Сука.

Завожу двигатель и трогаюсь с места.

Ната.

Прихожу в себя в больнице. Я сразу понимаю, где я и что я не одна.

У моей постели сидел священник в чёрной рясе из очень дорогой ткани. На свету материал благородно искрился. Мужчина накрыл мою руку своей, смотрел пронзительно, словно хотел прикоснуться к моему сердцу. Меня даже проняло от такой доброты.

Откуда он и что ему нужно?

На вид мужчине было лет пятьдесят. Он не выглядел стариком, был в очень хорошей форме. Ряса не скрывала широкие плечи и сильную шею.

– Ваш организм от сильного эмоционально стресса дал сбой. – Проговорил мягко, отвечая на мой немой вопрос. Мужчина стал нежно поглаживать мою руку, пытаясь успокоить и придать уверенности. – Меня зовут Антонио.

– Приятно познакомиться. – Шепчу совсем тихо. Этого человека прислал Зейд? Зачем?

– Мы можем защитить тебя, дитя моё. Одно лишь твоё слово. – Снова проверка, или это не Зейд? – Ты достаточно натерпелась от богохульника.

– Не понимаю…

Антонио придвинулся ко мне ещё ближе. Я почувствовала исходящий от него запах ладана.

– Я архиепископ Святой Римской Церкви, и силой данною мне освобожу тебя из заточения, отвезу в Ватикан под защиту самого папы римского. – Это шутка? Я не проснулась? Мои губы трогает улыбка. Кажется, я начинаю сходить с ума. – Я очень серьёзен, дитя моё. За тобой меня послал сам папа римский. Один добрый человек рассказал ему о твоих трудностях, и он решил помочь.

Последнее время я перестала верить в добрых людей и благородство.

– Мне? – спрашиваю, не сдерживаясь. Какая глупость.

– Тебе. Тебе очень повезло. Хегазу перешёл черту, он должен покинуть свой пост и оставить Италию. Высшие силы помогут нам справиться с ним. Мы же поможем тебе сбежать от него. Ты вольна поступать и жить как хочешь. Ни один человек не вправе стеснять другого.

Ах, вот в чём дело. Очередные враги Карабинера хотят через меня причинить боль моему мужу. Жаль, они не знают, что ему глубоко плевать на меня.

– Простите, но как Вы хотите помочь мне?