Манос промолчал. «Где, черт возьми, Хрисанфос?»

– Но почему?.. – только и смог выдавить из себя Беллас.

– Этого не знает никто, – сказал Манос.

– Я имею в виду… у нее ведь не было «уилл» в имени.

– Лена сказала, что они вместе пишут книгу. Наверное, именно поэтому она и вернулась к нему.

– Хорошо, но зачем убивать? Почему так… жестоко?

Манос почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Боль и что-то еще.

– Не знаю. Все, что у меня есть, это… числа… – Он вздохнул. – Пожалуйста, передайте мои соболезнования ее отцу.

– Я так и сделаю, – сказал Беллас. – У тебя всегда есть правильный ответ.

– Не всегда, – пробормотал Манос. – Не в этот раз.

Подъехала патрульная машина. Хрисанфос встал с водительского места, чтобы открыть заднюю дверь и помочь Маносу забраться на заднее сиденье. Джеймс тоже вышел и стоял, ожидая Маноса, как будто они выполняли какие-то стандартные бюрократические формальности.

Беллас положил руку на плечо Маноса, задержав его на минуту.

– Мне жаль, – сказал он со слезами на глазах. – И спасибо тебе.

Манос отпустил костыль.

– Вы сделали все, что могли, – сказал он, понимая, что сказанное им сейчас навсегда запечатлеется в памяти этого человека. – Вы сами почти поймали его.

Лицо Белласа внезапно посветлело, пусть даже на секунду. Он как будто впервые просчитывал вероятности. И, делая это, на мгновение стал ему другом.

– Почти, – сказал он наконец, прежде чем опустить руку.

– Манос! Наша новая суперзвезда!

Джереми Онг встретил Маноса крепкими объятиями. Увидев забинтованную ногу Маноса и защитную марлевую повязку на груди, он слегка отступил назад, но на его энтузиазм это никак не повлияло.

– Добро пожаловать на борт «Хайкена»!

Манос и Джеймс только что поднялись на борт 50-метровой яхты Онга, пришвартованной в порту города Миконос. Манос никогда раньше не бывал на такой большой роскошной яхте и теперь, несмотря на боль, собственный триумф и относительное безразличие к подобным вещам, не смог остаться равнодушным при виде такой роскоши.

– Если хочешь, устрою экскурсию по яхте.

– С удовольствием, спасибо.

Носовая часть состояла из двух уровней, каждый размером с приличную квартиру. Они поднялись по ступенькам на второй – с диванчиками, широким обеденным столом красного дерева и баром с высокими плетеными креслами. Члены команды в белых футболках «Хайкен» – трое мужчин и две женщины – сновали туда-сюда, незаметно предвосхищая каждое желание хозяина.

Чудесная жизнь. Онг создал свою собственную маленькую вселенную, поместив себя в ее центр. Что касается Маноса, то он был благодарен судьбе за то, что остался жив.

Джеймс, чувствовавший себя в этой обстановке как дома, подвел Маноса к дивану и попросил у члена экипажа чего-нибудь выпить. Он изменился и вел себя во многом необычно. Случившееся с Лиз потрясло его. Он сам пригласил Хансена на свадьбу и теперь не мог избавиться от чувства вины. Да и смерть Лены оставила трещинку в его счастливой жизни новобрачного. Мир оказался более жестоким и менее предсказуемым местом, чем он себе представлял. Теперь Джеймс проявил больше признательности и уважения к Маносу. Не только потому, что тот спас Лиз, но и потому, что друг выбрал для себя путь борца с преступностью в таком мире. Новые тайны образовали пустоты под его браком, открыли ров, заполненный кровью, и потоки случайностей. Дружба значила для него больше, чем когда-либо.

– Интернет только и говорит о вас с Хансеном. Психолог и специалист по обработке данных! Рационалист против эмпирика! [59] Платон бьется с Аристотелем! Спиноза против Локка!

– Интернет понятия не имеет, кто такой Локк, – заметил Манос. – А я и себя-то едва знаю.

– О, конечно! Ты ничего не смыслишь в философии, – рассмеялся Онг. – Я знаю, через что тебе пришлось пройти, но… все это так интригует!

– Что?

– Хансен и его теории, попытки найти первопричину преступности… Полный провал. И ты, человек, доверяющий только данным. Я имею в виду – вы оба зашли очень далеко.

– Джереми, – твердо сказал Джеймс, становясь рядом с Маносом, – этот человек подвергал свою жизнь опасности.

– Да, но посмотри на него сейчас! С ним всё в порядке. – Онг отступил назад и сделал жест рукой, словно указывая на статую. – Он первый, кто нашел преступника с помощью науки о данных. Он навсегда изменил суть полицейского расследования. Завтра все будут этим заниматься.

– Уже занимаются. Сегодня, – сказал Манос.

– Они не зайдут так далеко! – не сдавался Онг.

Принесли поднос с напитками. Врачи посоветовали Маносу избегать алкоголя в течение нескольких дней, но придерживаться этой рекомендации в данных обстоятельствах было бы нелепо.