— Хорошо, — дал свое согласие Эльдагар.

Андра отошла к могучему воину, тихо пошепталась с ним о чем-то, и тот незамедлительно направился на выход. Ищейка надела шубу и вернулась к ним. Хальми уже надела все печатки, а в ее руках красовалась секира отчима — знак власти и уважения. Теперь она была главной. Самое удивительное, что среди гномов такое было нередко. Женщины тоже могли править целыми кланами, но для этого им требовалось либо проявить себя, либо получить статус по наследству. Причем во втором случае гномке давался ровно год, чтобы доказать, что она достойна такого поста, иначе ее могли свергнуть и устроить перевыборы, но сейчас вся власть была в руках Хальми. Конечно, не всем это могло понравиться, но выбирать не приходилось, а против закона не сильно то и попрешь. Гномка отвела Андру и Эльдагара в подземелье под сталеплавильней, а сама отправилась решать проблемы с советом старейшин.

Свидетели того, что на ее руках не было крови отчима, нашлись быстро. Оказалось, что куча гномов подсматривали за всем происходящим через многочисленные щели в стенах. Гостям быть на этом совете запрещалось, но за безопасность Хальми можно было не переживать — у нее целая толпа соратников, да и сама даст по харе кому захочет. Единственное, что слегка расстраивало Эльдагара, так это то, что Марк не сможет вернуться к ней быстро. Эта боевая гномка нравилась ему больше толстой трактирщицы Ванды. Хотя с кем из них Марк мог быть более счастлив, судить сложно. Конечно, он будет очень рад тому, что с него смыт позор, а печатка Рарикина вселит в него уверенность, но пойдет ли он дальше с эльфом? Большой вопрос.

Примерно через несколько часов гостям принесли еды — черный свежий хлеб, копченую свинину, пареные овощи, непонятный суп и бутылку самогона. Андра тут же взялась за пищу.

— А ты все-таки не ешь? — спросила она у Эльдагара.

— Нет.

— А откуда ты берешь энергию для своего существования? Я сильно удивилась, когда обняла тебя. Сначала мне показалось, что ты нежить, но нет. Ты просто другая форма жизни. И у тебя нет привычных нам внутренних органов. Я сжала тебя, чтобы прочувствовать их, но не смогла. Внутри тебя есть что-то иное.

— Верно.

— И забавно наблюдать как ты дышишь. У тебя же нет легких. А грудь слегка вздымается и даже ноздри движутся. Зачем ты так делаешь?

— Я сам не знаю, — признался древний, — мне сложно открыться перед тобой. Я совершенно тебя не знаю, Андра.

— Так дело только в этом? — Арден отломила хлеб и принялась макать его в суп, — хорошо, давай знакомиться. Меня зовут Андра Кровопут. Андра — это мое собственное имя. Фамилии нет, потому что я никогда не знала своего отца. Моя мать — Росанна, как ты уже знаешь. Она единственная из Арден кому позволено рожать детей.

— Кем позволено?

— Королем, конечно. Формально, он женат на ней. Как и его отец, и дед.

— Что? — Эльдагар округлил глаза, — Росанна передается как жена по наследству?

— Да. Это главное условие нашего сотрудничества. Арден жили в постоянных войнах между собой и соседями, нам нужен был гарант мира. Поэтому мы отдали Великую Мать Королю людей, а так как она живет дольше любого человека, то переходит по наследству.

— Так твой отец — Король? Человек?

— Нет. Я же сказала, я не знаю своего отца. Когда я появилась на свет, меня сразу отдали в приют сестер. Там они воспитывали меня до двадцати лет, затем я прошла посвящение и мои таланты были раскрыты. Так я попала в культ Крови и меня стали обучать кровавой магии, затем была следственная академия, где я познакомилась с Фареном.

— Ты правда любила его? — спросил Эльдагар.

— Да, очень сильно. Он был моим первым мужчиной и последним, — улыбнулась Андра.

— Тогда почему ты приказала убить его? — не понял эльф.

— Фарен — слуга короля до мозга костей. Он бы сдал нас, отпусти я его. Он пошел с нами только, чтобы выслужиться перед Лоренцом и вернуть его расположение. Не ради меня. Если бы я не надавила на него печатью, он так бы и остался в Финболе со своими женами ждать рождения ребенка.

— Вот как, спасибо за откровенность.

— Ничего, — Андра доела суп и отодвинула тарелку, — луковая похлебка, но даже она лучше того, что едят во дворце моего короля.

— Там все так плохо с едой?

— Там все очень острое. Они просто берут любое блюдо и перчат его до умопомрачения! — рассмеялась арден, — так чем же ты питаешься?

— Кровью, — ответил Эльдагар, — и даже не я, а мой доспех. Его чешуйки раскрываются, я отрываю от жертву кровоточащие куски и стираю их, как об терку.

— Ого. Как интересно. Это очень странно, — Андра налила себе рюмку самогона.

— Почему?

— Просто чешуя в нашем мире принадлежит наследникам драконов. Мы — Арден, как раз происходим от них.

— И где она у тебя? — спросил эльф.

— Много где, но я прячу ее под краской. Это правило нашего культа. Я крашу волосы, чешую, кожу, чтобы не выделяться среди людей.

— Но тебя выдают рога.

— И пусть. Это мой статус. Люди боятся Арден. Так было всегда и пусть остается.

Эльдагар забрался на узкую кровать с ногами, а меч положил рядом. Андра сидела напротив него. Она сняла шубу, хотя по стоящим сквозь платье соскам было ясно, что ей холодно.