— У вас там правда очень жарко? — спросил Эльдагар.

— На юге? Да, очень. Многие люди падают в обморок, не выдерживают. Если ты не взял с собой воды по дороге в пустыню — ты покойник. Причем брать надо не обычную, а соленую.

— Я никогда не был в пустыне. На что она похожа?

— Представь себе море. Бескрайнее. Не ту лужу, что вы переходили на пароме. И вот это море оранжевое. Из песка. И нет ему ни конца ни края.

— Это ужасно, — заключил Эльдагар, — ни воды, ни деревьев, ни гор, ни рек, ни озер. Один песок на многие дни во все стороны.

— Возможно, — покачала головой рогатая, — мне нравится эта пустота. Она говорит нам о том, что нас ждет по ту сторону жизни.

Эльдагар промолчал. Собрание гномов затягивалось, а он сидел в одной комнате со странной красноволосой рогатой бестией, от которой неизвестно чего ожидать. Конечно, она устроила потрясающий спектакль, но этого было недостаточно, чтобы доверять ей. Эльф не мог поверить, что кто-то в этом мире действительно хочет помочь ему. Подобное казалось невозможным. Он спал тысячу лет и все это время его пробуждения кто-то ждал. Поверить в такое было сложно.

— Откуда Росанна узнала обо мне? — прямо спросил он.

— Без понятия. Великая мать не посвящает нас в такие детали. Я до последнего не знала, с кем я буду иметь дело, и честно, до сих пор не понимаю. Сначала я думала, что ты простой дарниец, потом, что ты эльфийская нежить, но теперь когда я тебя увидела, то запуталась еще больше.

— Ты сказала, что я проклят. Кем?

— Своими же сородичами, но почему — не знаю. Я слышала о тебе лишь упоминания в древних легендах.

— Какие именно? — настойчиво спросил Эльдагар.

— Во время атаки людей на вашу столицу случилось нечто ужасное. Кто-то применил великое оружие против захватчиков и перебил их великое множество, но затем он повернул его против своих собратьев. Подробностей я не знаю.

Эльф промолчал. Выходило, что он пошел против собственных сородичей, и те заключили его в склеп, погрузили в волшебный сон, чтобы остановить. Это звучало ужасно, но, скорее всего, так и было. Но почему это произошло? Неужели из-за того, что эльф не смог управлять доспехом? Кто знает ответ на этот вопрос? Эбрунг? Дракон точно знал, но ничего не сказал по этому поводу. Он преследует свои цели — собрать яйца. Эльф для него лишь орудие для достижения собственной цели, и это факт. Кто может знать правду? Древа? Вряд ли. Они стары, но не знают того, что произошло на эльфийских островах. Этот, как его там, Дэнир? Встречу с которым обещал Жерар. Может быть. Он из Атлари. Но кто это такие? Тоже первые?

Привычный мир Эльдагара рушился на глазах. Он сотни лет жил в одном собственном мире, в упор не видя другие. В его мире он был первым из первых, а вот за его пределами был лишь одним из. Вот и Арден — тоже первые. С юга. Потомки драконов. Каким это, интересно, образом? Неужели драконы сношались с людьми или кем похлеще? Но с какой целью? У Эльдагара не было ответов на эти вопросы, и он не знал кто может дать их.

— Пойдемте, — раздался грубый бас за открытой дверью, — глава клана Хальми ждет вас.

А это вот уже были хорошие новости. Раз гном назвал титул гномки, значит все прошло хорошо.

Гости прошли через все подземелье к лифту, поднявшему их в здание плавильни. Здесь на втором этаже был создан оперативный штаб, а на первом гномы оттирали лужи крови перед печью.

В просторном зале со столом сидела сама Хальми и добрый десяток гномов. В основном молодые женщины и мужчины. Эльдагар почувствовал особую атмосферу напряженности и готовности. Эти гномы знали на что идут. Они будут менять мир, устоявшийся веками.

— Прежде чем мы начнем, — обратился Эльдагар, — я хочу сказать вам всем, здесь сидящим. Если вы согласитесь пойти со мной и сделать то, что я говорю, то ваш мир рухнет. Ваши устои, правила и законы будут изменены. Правление людей падет, а сами они уйдут из этого города.

— Мы уйдем тоже, — резко сказала Хальми, — мы вернемся на родину.

— Прихватив их золотишко, как контрибуцию за годы рабства! — добавил суровый гном с черной бородой и длинным шрамом через все лицо.

— Вам самим придется пахать землю, ловить рыбу, охотиться, — продолжил Эльдагар.

— Ну и отлично. Зато мы будем сами по себе, и это мы будем ставить условия торговли, а не продавать наши товары по бросовым ценам! — ответила Хальми, — не томи, дарниец, говори, что ты хочешь сделать.

— Нам нужна взрывчатка. Много. И две группы самых сильных бойцов, — сказал древний, — я обрушу на этот город самый настоящий ад.

То, что задумал Эльдагар, повергло в шок гномов. И старых и молодых. Они явно не ожидали такого поворота событий в их собственных планах. Некоторые даже начали протестовать, но эльф четко обрисовал перспективы их темного будущего, и те согласились с его утверждениями. Сейчас было не до споров. У заговорщиков оставались всего сутки, чтобы провернуть свой коварный план. Эльдагар тщательно проверял карты и чертежи подземелий. Оказалось, что Варрен хитро подменил часть из них, чтобы скрыть настоящее расположение сокровищницы короля, но и эта проблема легко решалась. В считанные часы был схвачен и доставлен Гурриш — права рука и главный советник Варрена. Этот гном был не дурак. Он сразу понял, что власть поменялась, начал целовать руки Хальми и вообще сразу же стал чиркать по картам, показывая правильные пути. Эльдагар заметил, что на одной из более новых карт есть странный механизм, находившийся в тюрьме. Громоздкий и очень мощный, он должен был переворачивать ржавую воронку, чтобы очищать его поверхность от трупов. Поэтому у эльфа сразу созрел отличный план. Конус был оснащен по краям массивными выступами. Нужно было заложить взрывчатку в верхней части, перевернуть конус и подорвать. Тогда он упадет вниз и проломит выступами весь зал. Конечно, пожирателя мертвых сильно заденет обломками, но не убьет. Он окажется словно в домике и сможет выбраться через нижние ярусы.