Согласившись сопровождать Го Чанчэна, Чу Шучжи откровенно чувствовал себя не в своей тарелке: всё это время он послушно следовал по стопам Лэй Фэна [4]— спасал сбежавших из дома девчонок, а теперь и вовсе рыскал в ночи в поисках заблудших душ.

Свисток на его груди вдруг звонко пискнул, подражая дрозду, и Чу Шучжи вскинул руку, останавливая идущего позади него Го Чанчэна. Оба они замерли посреди дороги, прислушиваясь к набирающему силу свисту: то высокий, то низкий, он словно сирена указывал путь.

Го Чанчэн распахнул глаза: на другой стороне дороги он разглядел молодого мужчину в курьерской форме, который медленно шагал к ним, волоча ноги.

Его вёл за собой зов свистка.

— Это же?.. — тихо спросил Го Чанчэн

— Призрак, — кивнул Чу Шучжи.

Го Чанчэн испугался было, но по какой-то причине страх очень быстро его отпустил, и на его место, стоило Чанчэну увидеть потерянные глаза призрака, пришла печаль.

Добравшись до них, молодой человек окинул их взглядом и почесал в затылке:

— Что вы двое тут делаете так поздно? Не пора ли домой?

— А ты сам? — спросил Чу Шучжи. — Не собираешься домой?

— И то правда, — хохотнул парень. — Охранник уже расписался за мою посылку, а других сегодня не будет. Можно идти домой.

Чу Шучжи достал из кармана маленькую бутылочку и откупорил её.

— Залезай, — тихо сказал он, протянув её парню. — Я помогу тебе вернуться домой.

Улыбка медленно сползла с лица призрака: кажется, он кое-что осознал.

— Как тебя зовут? — спросил Чу Шучжи.

Парень поднял голову и испуганно произнёс:

— Я не… Не помню.

— Я помню, — подал голос Го Чанчэн. — Я видел твоё удостоверение. Фэн Давэй, верно? Родился в восемьдесят девятом году, а дома тебя ждёт старший брат, так ведь? — Он вытащил из сумки блокнот: на его страницах хранились записи обо всех пропавших. — Твой брат сказал, что позаботится о ваших родителях. Они расстроены, но с ними всё будет хорошо.

По щекам Фэн Давэя потекли слёзы.

Чу Шучжи ничего не сказал.

— Прошу тебя забраться внутрь, чтобы мы могли тебе помочь, — продолжил Го Чанчэн, указывая на бутылочку. — Скоро рассвет, и для тебя он будет неприятен.

— Значит, я мёртв? — глухо отозвался Фэн Давэй, опустив голову и утирая слёзы.

Го Чанчэн, помедлив, кивнул.

— Как это произошло? — спросил Давэй. — Меня кто-то убил? Вы отомстите за меня убийце?

Пришла очередь Го Чанчэна молчать, и за него ответил Чу Шучжи:

— Не сомневайся. Виновным не избежать наказания.

Давэй долго смотрел на открытую бутылочку, и его слёзы тихо капали на землю.

— Как я мог умереть? — беспомощно спросил он. — Я же ещё не успел толком пожить…

— Поживёшь в следующий раз, — буркнул Чу Шучжи, теряя терпение. — Залезай.

— В следующий раз, — горько рассмеялся Давэй. — В следующей жизни… Вы можете передать кое-что моим родителям и брату?

Чу Шучжи нахмурился, но Го Чанчэн, не дав ему возразить, торопливо вытащил свой блокнот и детским почерком подписал «сообщение» внизу страницы, посвящённой Давэю.

— Я тебя слушаю.

Фэн Давэй шумно высморкался и разразился тирадой, обыкновенной для умерших не своей смертью. Го Чанчэн записал за ним всё до последнего слова и повернул страницу к Давэю. Убедившись, что его желание выполнено, парень с трудом улыбнулся и сказал:

— Спасибо. Теперь я могу быть спокоен… Хоть у меня и нет выбора. Ты хороший человек, братец, и я благодарю тебя.

С этими словами он глубоко вздохнул и спрятался внутри бутылки.