Шрифт:
– Не знаю-с, - отвечал тот, совершенно не поняв, что хочет сказать Углаков, и снова продолжал разговор с Лябьевым.
– Перестаньте!
– повторила еще раз и даже сердитым тоном Сусанна Николаевна.
– Ну, не буду, - произнес Углаков и в самом деле совершенно притих.
По окончании обеда князь все-таки не уезжал. Лябьев, не зная, наконец, что делать с навязчивым и беспрерывно болтающим гостем, предложил ему сесть играть в карты. Князь принял это предложение с большим удовольствием. Стол для них приготовили в кабинете, куда они и отправились, а дамы и Углаков уселись в зале, около рояля, на клавишах которого Муза Николаевна начала перебирать.
– Сыграй что-нибудь, Муза!
– попросила Сусанна Николаевна.
– Я так давно не слыхала твоей игры.
Муза начала играть, но избранная ею пьеса оказалась такою печальной и грустною, что Сусанне Николаевне и Углакову было тяжело даже слушать эти как бы сердечные вопли бедной женщины. Муза догадалась об этом и, перестав играть, обратилась к Углакову:
– Нет, что тут играть!.. Спойте лучше нам, Петр Александрыч!
Тот при этом весь вспыхнул.
– Какой же я певец!
– проговорил он, потупляясь.
– Как какой певец?.. Очень хороший!
– возразила ему Муза Николаевна.
– Какой же хороший, когда я совсем не пою!
– упорствовал Углаков.
– Что такое вы говорите!
– сказала уж с удивлением Муза Николаевна. Аркадий, подтверди, пожалуйста, поет или нет Петр Александрыч!
– крикнула она мужу в кабинет.
– Поет, - отозвался тот.
– И хорошо поет?
– Хорошо!
– Это, я вижу, Петр Александрыч мне не хочет доставить удовольствия слышать его, - сказала Сусанна Николаевна.
Углаков окончательно переконфузился.
– Нет-с, вы ошибаетесь... Если это доставит вам удовольствие, то я готов сейчас же...
– проговорил он, держа по-прежнему глаза потупленными вниз.
При таком ответе Сусанна Николаевна, в свою очередь, сконфузилась и тоже потупилась.
– Конечно, доставите удовольствие, пойте!
– подхватила Муза Николаевна и приготовилась аккомпанировать.
– Но что же я буду петь?
– спросил ее Углаков.
– Спойте: "Нет, доктор, нет, не приходи!"
Углаков отрицательно потряс головой.
– Ну, "Черный цвет"...
Углаков и это отвергнул.
– "Соловья"!
– предложила было ему Муза Николаевна.
– Как это возможно!
– воскликнул Углаков.
– Нам сейчас только Аграфена Васильевна божественно спела "Соловья"! Разве мою любимую "Le petit homme"? [178]– придумал он сам.
– Eh bien! [179]– одобрила Муза Николаевна и стала аккомпанировать.
178
Неточное название песни Беранже "Le petit homme gris" "Подвыпивший". Перевод текста песни см. в примечании.
179
Хорошо! (франц.).
Углаков запел хоть и не совсем обработанным, но приятным тенорком:
"Il est un petit homme, Tout habille de gris, Dans Paris; Joufflu comme une pomme, Qui, sans un sou comptant, Vit content, Et dit: Moi, je m'en... Et dit: Moi, je m'en... Ma foi, moi, je m'en ris! Oh qu'il est gai, qu'il est gai, Le petit homme gris!" [76]Сусанна Николаевна при этом улыбнулась. Углаков, заметив это, продолжал еще с большею резвостью:
"A courir les fillettes, A boire sans compter, A chanter Il s'est couvert de dettes; Mais quant aux creanciers, Aux huissiers, Il dit: Moi, je m'en... Il dit: Moi, je m'en... Ma foi, et cetera, et cetera"...пел Углаков вместо слов и затем снова перешел к песенке:
"Quand la goutte l'accable Sur un lit delabre, Le cure De la mort et du diable Parle a ce moribond, Qui repond: Ma foi, moi, je m'en... Ma foi, moi, je m'en... Ma foi, et cetera, et cetera"...Слушая эти два куплета, Сусанна Николаевна имела, или, по крайней мере, старалась иметь, совершенно серьезное выражение в лице.
– Вы убедились, наконец, как я скверно пою!
– обратился к ней Углаков.
– Вовсе нет!.. Мне нравится ваше пение, - возразила она, - но я желала бы, чтобы вы нам спели что-нибудь русское.
– Спойте вот это теперь!
– сказала Муза Николаевна и быстро забегала своими пальчиками по фортепьяно, а также и Углаков совсем уже по-русски залился: