Я вздрагиваю при виде того, как он упаковывает подарки, если это можно назвать упаковкой.

— Ты о чем?

— Ты когда-нибудь заворачивал подарки? — Я бросаю тряпку через плечо и опускаюсь на колени на пол рядом с ним. — Нужно отрезать часть лишней бумаги, чтобы край ровно прилегал к стенке коробки. Ты заворачиваешь куб, а это выглядит как комок. И даже не рассказывай мне о своих талантах завязывать бантики. Думала, у тебя склонность к перфекционизму.

Я смеюсь.

Зак поднимает руки вверх, сдаваясь.

— Ради бога, Мисс Королева Степени В Области Искусств, не стесняйтесь заворачивать, пока я…

— Закончишь вытирать пыль.

Он громко смеется, вставая.

— Нет. Пока я читаю книгу. Смотрю телевизор. Бездельничаю. Играю на гитаре. Возможности безграничны.

Играет на гитаре. Он часто делал это по ночам. Ему нравится наблюдать, как я редактирую фотографии, а я люблю слушать, как он играет на гитаре в своей спальне. Иногда он еще и поет. Эти ночи — мои любимые. Когда я съеду, буду скучать по его пальцам, перебирающим струны, услаждающие мой слух любимой колыбельной.

— Возможности безграничны… Мне нравится, как это звучит, Закари. Я думаю, у тебя все будет хорошо в этой жизни.

— В этой жизни? — доносится из кухни его смех.

Я слышу шуршание фольги. Он добрался до рождественского печенья, которое я испекла.

— Да. В этой жизни. За другую жизнь я говорить не возьмусь. В другой жизни ты мог бы быть горячей штучкой.

Он высовывает голову из-за угла. Конечно же, уплетая одно из печенек в форме ёлки, которые я украшала целый день.

— Парни могут быть горячими штучками?

— Ты можешь быть штучкой и… — Я кусаю губы и склоняю голову, чтобы скрыть свой румянец, и лезвием ножниц завиваю ленту в спиральку.

— Но не горячей штучкой?

Я слегка качаю головой, по крайней мере, полдюжины раз.

— Я этого не говорила. То есть… да. Некоторые парни могут быть горячей штучкой.

— Но не я?

Потея, я пожимаю плечами. Боже… он заставляет меня слишком сильно потеть.

— Я понимаю. Ты относишься ко мне как к старшему брату. И не можешь думать, что твой старший брат горячий.

Старший брат? Нет. Я не считаю его старшим братом. Это было бы очень неуместно.

Мы женаты.

Я все время думаю о нем.

В смысле… ВСЕ время.

— Нет. Я не могу думать, что мой старший брат горячий. Вот Аарон может быть горячим.

Но ты не мой старший брат. Ты мой муж. И очень аппетитный.

Зак замирает, медленно пережевывая то, что уже у него во рту.

— Тебе нравится Аарон?

Я принимаюсь за упаковку (исправление) другого подарка.

— Конечно. Он милый. Забавный. Ему чуть за двадцать. Одинокий. Что тут может не нравиться?

— Он мой брат, — бормочет Зак, слизывая с губ крошки.

С ухмылкой смотрю на него через плечо.

— Я в курсе. И я не говорила, что собираюсь завести с ним интрижку или что-то в этом роде. Просто делюсь наблюдением, раз уж ты спросил.

— Я спросил, потому что ты назвала его имя.

Зак немного… ну, не знаю. Обеспокоен, что ли? Не уверена в причине его беспокойства. Аарон не урод. Он не калибра Зака (на мой взгляд), но очень привлекательный.

Спровоцированная мною боль или что-то еще, что он скрывает внутри, пробуждает в моей груди необычайную печаль. По закону я его жена, но не источник его счастья, несмотря на то, что немного приложила к нему руку. Может, я не источник, а ангел, присматривающий за ним, чтобы гарантировать, что с ним все в порядке. Как я и обещала Сьюзи.

— К другим новостям…

Я снова сосредотачиваюсь на упаковке.

— Вскоре моя временная работа подойдет к концу. Ассистент фотографа выходит с больничного через две недели. И я нашла другую работу, решения по которой сейчас жду. Фотограф/тревел-блогер. Я подписана на нее в социальных сетях, и она ищет другого фотографа для своих путешествий в следующем году. Под ее постом столько комментариев. Но… — улыбаюсь я. — Она написала мне, и ей нравятся фотографии на моей странице. На следующий день после Рождества я собираюсь встретиться с ней в Нью-Йорке. Она живет там, но дома бывает редко. Зак, мне кажется, она действительно заинтересована в том, чтобы выбрать меня!

— Значит… ты бы путешествовала с ней и фотографировала? — уточняет Зак.

— Да.

Он раздумывает, чуть скривив губы на бок.

— И она будет тебе платить?

— Да. Ну, у меня пока нет всех подробностей, но я буду получать процент от ее публикаций на страницах в социальных сетях.

Зак несколько раз кивает.

— Инфлюэнсер?

— Да, но не думаю, что это основная часть ее дохода, во всяком случае, пока. У нее еще есть собственный бизнес по фотосъемке, и она будет платить мне процент от этих работ, если я буду помогать ей со съемкой.