Аарон вскакивает и исчезает на несколько секунд, прежде чем вернуться с ручкой. Он вырывает у меня ежедневник, перелистывает на первую среду января и пишет: 19:00 — пью с любимым братом.

Это вызывает у меня крошечную улыбку.

Затем ежедневник и ручку берет мама и вписывает на февральское воскресенье «бранч с мамой». Папа назначает на пятницу в марте «гольф с папой». И когда он встает, чтобы вернуть мне ежедневник, Эмерсин перехватывает его и ручку и переворачивает на страницу января.

«Отвезти Эм в аэропорт».

После того, как она возвращает мне ежедневник, я смотрю на ее слова в назначенный день.

— Спасибо, — шепчу я.

Не уверен, кого я благодарю.

Семью?

Эмерсин?

Сюзанну?

Каким-то чудом это Рождество не превратилось в нечто ужасное. Отсутствие Сюзанны чувствуется, но оно не лишило всех рождественского духа. Пока мы собираемся и прощаемся, я минутку наблюдаю, как Эмерсин общается с моей семьей. Они обожают ее.

Я обожаю ее.

Когда она начнет жить своей жизнью, когда последует за своими мечтами, мне будет горько-сладко.

Лия Рю меня нанимает. Мы сходимся, как давно потерянные друзья. Как сестры. Как мы со Сьюзи.

— Я получила работу! — кричу я, звоня Заку из номера гостиницы на Манхэттене после встречи с Лией.

— Великолепная новость. Когда я, наконец, избавлюсь от тебя?

Я хихикаю.

— Скоро. Восьмого января. Я внесла запись в твой ежедневник на десятое просто как предположение. Но я не очень рассчитываю, что ты возьмешь ради меня отгул. Бог мой… мне надо уведомить всех моих клиентов. Это. Правда. Происходит!

— Перестань. Я хочу отвезти тебя в аэропорт.

— Чем занимаешься? — Я плюхаюсь обратно на кровать и смотрю в потолок.

— Только что покормил Гарри.

— Господи… ГАРРИ!

Я резко сажусь.

— Гарри Паутер. Дерьмо. Я даже не подумала о нем. Я не могу взять его с собой. Лия сказала, что за прошлый год она провела в своей квартире на Манхэттене меньше десяти дней. Я… мне нужно подыскать для него новый дом.

Кот, которого я даже не хотела, лишает меня дыхания. Глупый Брейди.

— Зачем? У него уже есть дом.

— Нет. Он не твой кот. Я не свалю эту ответственность на тебя. И ты тоже много отсутствуешь.

— Если бы сейчас ты могла видеть его у меня на коленях, то не назвала бы его не моим котом.

— Зак… — Я смаргиваю слезы.

— Все в порядке. Если у меня будет длительный рейс, я попрошу соседа покормить его.

— Не знаю…

— Что? Ты отдашь его незнакомцам? Что будет, когда твоя поезда завершится? Разве тебе не захочется увидеть своего кота?

— Почему ты так добр ко мне?

Он усмехается.

— Хороший вопрос.

Я ухмыляюсь и закатываю глаза.

— Мы увидимся утром? Я приеду домой рано.

— Не-а. У меня ночной рейс.

— Что ж, безопасного полета.

— Тебе тоже, Эм.

Я отключаюсь и вздрагиваю от противоречивых эмоций, разрывающих мое сердце. Я получила работу. Для меня это огромная возможность как в профессиональном, так и в личном плане. Не могу дождаться, чтобы отправиться путешествовать по миру с Лией. Но… я буду скучать по мужу.

Не успеваем мы моргнуть, как наступает день икс.

Одно крохотное моргание, и начало нового года проходит в полетах Зака и моем выходе из зоны комфортного дивана Зака с Гарри Паутером рядом.

В упаковке скудного багажа.

В нескольких совместных ужинах под хорошее вино.

В большом количестве смеха. И нескольких слезоточивых моментах, когда в разговоре речь заходит о Сьюзи. Плачу я. Зак намного сильнее.

И вот… ранее утро и мне пора уезжать на Гавайи.

Я напоминаю Заку, что могу вызвать такси или «убер», но он уже взял отгул. По дороге в аэропорт Зак делает контрольный пробег по необходимым пунктам в моих путешествиях, например, помню ли я свои лекарства и много ли у меня денег?