Шрифт:
— А вы сами куда путь держите? — крикнул Максим.
В ответ послышался шелест листвы. И всё затихло.
Спрятав карту в рюкзак, Максим посмотрел на приятелей. Олег со скучающим видом теребил шнурок на ветровке. Андрей, не заботясь о подошве дорогущих кроссовок, пытался раздавить шишку.
— Давайте проверим, — предложил Максим. — То ли старик что-то путает, то ли картографы ошиблись. В наших картах не должно быть ошибок.
Андрей наигранно шмыгнул носом:
— Я хочу домой.
— Скоро футбол, — напомнил Олег.
— Мы туда и обратно, — уламывал Максим. — За десять минут управимся.
Они вернулись на поляну, проложили через неё тропинку и ступили под сень деревьев.
Максим уверенно шёл вперёд, не теряя из вида солнце, изодранное кронами в клочья. Лишь раз изменил направление, огибая заросли крапивы. Очутившись на свободном от растительности пятачке, замедлил шаг. Замешкался возле сосны, мазнул пальцем по чёрному пятнышку на стволе:
— Кто-то затушил сигарету. — Присев на корточки, присмотрелся к хвойному настилу. Подковырнул сучком землю. — А вот и окурок.
— Ты тоже так делаешь, — прошептал Олег. — Странное совпадение.
— Глядите, что я нашёл! — крикнул Андрей и поддел носком кроссовки салфетку в грязно-розовых разводах. — Вроде бы кровь.
— Салфетка для остановки кровотечения, — задумчиво произнёс Максим.
— Твоя?
— Я не мусорю в лесу.
— Тогда Стрекозы.
— Это что получается? — озадачился Максим. — Он бросил вертушку и шёл со мной? И здесь получил в нос?
— Я же говорил! — сказал Андрей довольным тоном. — Твой Стрекоза — брехло. Сам наворотил дел, а тебя обвиняет.
Максим приблизился к малиннику. Потрогал сломанные ветки. Листья успели пожухнуть. Бросил взгляд на солнце и двинулся через колючие заросли, работая руками как пловец. Андрей и Олег ринулись следом, прикрывая лицо локтями. И чуть не свалили Максима с ног, налетев на него сзади.
— А старик-то прав, — произнёс он, стоя на краю обрыва.
— 7 ~
— Мать твою, — прошептал Андрей.
Олег одёрнул его:
— Мал ещё ругаться. — И забегал глазами по глубокому оврагу.
Лежащие на дне мёртвые птицы — совы, пеночки, дрозды, дятлы… — походили на пластмассовые игрушки: не наблюдалось признаков разложения, перья тускло поблёскивали, глаза-стекляшки отливали всеми оттенками зелёного, жёлтого, красного. Кое-где из земли проклёвывались тонкие, слабые травинки. Ближний склон оврага, застланный колючим ковром из порыжелой хвои, был пологим. Из противоположного склона — крутого, усеянного прошлогодней листвой, — выпирали корни деревьев.
— Что это такое? — вновь послышался шёпот Андрея.
— Тебе же сказали: птичий погост, — ответил Максим и карандашом поставил крестик на карте. В чертёж закралась ошибка. С ней он разберётся позже.
— Всему должно быть объяснение. Птицы мрут не просто так. Здесь наверняка повышенная радиация.
— Мы в заповеднике, — напомнил Олег Андрею и оттащил его от края оврага, опасаясь, что земля под ногами обвалится.
— Обнаружили здесь что-то опасное и закрыли, будто заповедник, — бормотал Андрей. — А правильнее было навесить жёлтых табличек с чёрными лепестками, отыскать и уничтожить источник радиации.
— Вытри пот со лба, успокойся, — насмешливо проговорил Максим, пряча карту в рюкзак. — Стали бы разбивать в опасной зоне детский оздоровительный лагерь?
— Сколько до него километров?
— Чуть больше двадцати.
Андрей поджал губы:
— Ну не знаю.
— Дыши глубже, нет здесь никакой радиации, — сказал Максим и, присев на корточки, набрал пригоршню земли. — Я свалился в овраг.
— Ты вспомнил! — обрадовался Олег.
— Нет, не вспомнил. Я не просто упал, а скатился кубарем и проехался лицом по земле. Иначе откуда у меня появились ссадины на щеке и гуля на лбу?
— Как ты умудрился упасть? Рот раззявил?
— Стрекоза столкнул, — выпалил Андрей.
Олег вскинул руку, будто собирался дать пареньку затрещину:
— По гадальнику давно не получал?
Андрей со смехом отскочил в сторону.
Максим встал в полный рост. Отряхивая ладони, кивком указал на овраг:
— Мои сигареты.
— Где? — прищурился Олег. Рядом с дохлой вороной разглядел красно-белую пачку. — А да, вижу.
Андрей удивлённо уставился на Максима:
— Ты куришь?