Едва они добрались до тропинки, проторённой Максимом сквозь густые заросли, как вдруг послышался треск. При полном безветрии качнулись еловые лапы, вспорхнули птицы. Максим дал приятелям знак и направил ствол ружья в небо. Олег застыл на месте от страха. Андрей втиснулся в куст, словно желая с ним слиться. В эту секунду из чащобы возник старик. Морщинистое лицо обрамляли белые как пух волосы и короткая борода. Брезентовый плащ подпоясан обрывком верёвки. Высокие резиновые сапоги болотного цвета. На плече котомка. Прямо дедушка Мазай. Только без зайцев. И для полноты картины не хватало крестьянского колпака.

— Фу-у-ух, — выдохнул Андрей и, оставляя зацепки на кофте, вылез из куста. — Я думал, медведь.

Старик улыбнулся:

— Доброго здоровья, мужики.

— И вам того же, дедушка, — ответил Максим, надевая ружьё на плечо. — Далековато вы забрели.

— Чем дальше в лес, тем целебнее травы. А вы что здесь делаете? Заблудились?

— Местность изучаем.

Оглаживая бородку, старик прищурился:

— Вон оно что. Видать, не тутошние.

— Приезжие, — подтвердил Олег и мысленно выругался: голос прозвучал писклявым фальцетом, выдавая не успевший выветриться страх.

— Оно и видно, — хмыкнул старик. — Здесь заповедник. Ходить с ружьём нельзя. Ставить палатки, жечь костры и мусорить нельзя.

— А травы собирать можно? — спросил Андрей, выдёргивая из штанов колючки.

— Нарвётесь на инспектора — потом не жалуйтесь.

— Мы уже уходим, дедушка, — поспешил заверить Максим.

Старик пригладил усы:

— Ну бывайте здоровы. — И хотел уйти.

Максим остановил его:

— Дедушка, подождите! Вы лес хорошо знаете? Сами-то не боитесь заблудиться?

— Моя бабка говорила: как в пущу идёшь, бери с собой плакун-траву, нечистого отгонит и заблудиться не даст. — Старик вытащил из-за пазухи холщовый мешочек на шнурке, надетом на тощую шею. — Мой компас. Ещё ни разу не подводил. — Спрятав мешочек, присмотрелся к Максиму. — Ты что-то ищешь, милок?

— Ищу.

— Что?

— Если б я знал, — произнёс Максим еле слышно.

— Шапка у тебя диковинная. Тюбетейка, что ли?

Максим повернул кепку козырьком вперёд.

— Фуражка, — рассмеялся старик.

— Фуражка, — передразнил Андрей. — Это кепка.

— То-то я смотрю, без околыша. Красивая. — Старик похлопал себя по макушке. — А мою сосед упёр. И не признаётся, шельма. Говорит, ветром с жердины унесло. Я фуражку прополоснул и на жердину сушиться повесил. Утром выхожу, а её и след простыл.

Максим без раздумий надел кепку старику на голову:

— Дарю.

На морщинистом лице расцвела улыбка.

— Не день, а праздник, — проговорил старик растроганно. — Ну так слушай. Если ищешь чего, я подскажу. — Указал вперёд. — Там просека, ведёт до самой Боярки.

— Пошли уже, — прошептал Олег, поглядывая на часы.

Старик вытянул руку влево:

— В той стороне на берегу речки детский лагерь. Детишки здоровья набираются. — Указал вправо. — Если туда пойдёте, упрётесь в болота. — Махнул Максиму за спину. — Там поляна, сразу за ней птичий погост.

Ковыряя ногтем зацепки на кофте, явно дорогой, из последней коллекции фирмы «Адидас», Андрей поинтересовался:

— Погост — это кладбище?

Олег ударил его по руке и прошептал:

— Не трогай. Я потом заделаю.

— Оно самое, — кивнул старик. — Так местные называют овраг. Туда птицы умирать прилетают.

— Овраг? — удивился Максим. — На карте нет оврага.

— Я на карты не смотрю.

Максим выудил из бокового кармана рюкзака карту. Разложил:

— Там нет оврага!

— Ну как же нет, если есть?

— Ты сказочник, дедушка, — проговорил Максим, скользя пальцем по топографической бумаге. — Я много раз пролетал над этим квадратом. Нет тут оврага!

— А-а-а-а, так вы сами с усами, — проворчал уязвлённый старик.

— Ладно, не обижайся. Покажи, где он находится.

Старик снова указал Максиму за спину:

— Вон там. Кажись, вы оттудова идёте.

— Там поляна.

— Ну да. Говорю же, овраг за поляной.

— Далеко?

Старик поджал губы:

— Какой же ты непонятливый.

— Идти на запад, на юг, на восток?

— Вот так и иди, куда я показую. Никуда не свертай. Аккурат к оврагу выйдешь. — Старик натянул кепку на лоб. — За подарок благодарствую. — И скрылся за кустами.