Молчание затянулось. Не сумев побороть любопытство, Олег спросил:

— И что ты вычитал?

— Вы же велели мне сидеть молча.

— Говори уже! — прикрикнул Олег.

Андрей расплылся в улыбке. Втиснулся между спинками передних кресел и заговорил, обдавая ухо Олега тёплым дыханием:

— Человек живёт обычной жизнью, а потом вдруг происходит нечто такое, что вызывает у человека сильнейшее потрясение. Мгновенно срабатывает защитный механизм: мозг ставит блок, стену, которая запирает воспоминания об этом происшествии. Вдобавок к этому человек забывает, что он делал до и после шока. Из памяти пропадают от нескольких минут до нескольких часов.

— Это я знаю. Максим забыл пять минут.

— А знаете, почему так ведёт себя наш мозг? Чтобы мы не сошли с ума от переживаний или страха. Эту стену не разрушить, потому что мозг стоит на защите человека. Иначе человек вспомнит, заново переживёт потрясение и свихнётся. Вот такая штука наш организм.

— Так написано в интернете? — засомневался Олег.

— Там много чего написано. Амнезии бывают разные. И причины разные. Чаще всего амнезия — это следствие тяжёлой болезни, алкоголизма, наркомании, отравления снотворными или физической травмы. Много причин. Избирательная амнезия всегда связана с шоком, потрясением, психической травмой.

— А нервный срыв?

— Это типа психанул? Нет, про нервы ничего не написано. А теперь думайте, дядя Олег. Правильно ли мы поступаем, помогая вашему Максиму вспомнить?

Олег постучал пальцами по рулю:

— Ты же сам сказал, что воспоминания почти никогда не возвращаются.

— Ключевое слово «почти». Видимо, есть малюсенький шанс. Если к нему вернётся память и он сойдёт с ума — что мы будем делать? В лесу! Вокруг никого! А вдруг он станет буйным?

— Максим? Буйным? — Олег натянуто рассмеялся. — Не-е-ет. Это не про него. И вообще, с чего ты взял, что в интернете пишут правду? А ну, покажи, где это написано.

— Сейчас найду. — Андрей уткнулся в телефон. — Вы ему верите?

— О чём ты?

— Ну то, что у него проблемы с памятью? Вы не думали, что он и взаправду болен?

— Чем?

— Чем-чем… Он вышел из психушки. Так просто туда не попадают. — Андрей протянул Олегу телефон. — Тут целая статья. Написал не студентик, а настоящий профессор. — Взглянув в лобовое стекло, прошептал: — Опаньки… Идёт!

Олег оттолкнул его руку с телефоном:

— Спрячь. Потом почитаю. И рот на замок. Понял?

— Рот на замок, — заверил Андрей и, выскользнув из проёма между креслами, растянулся на сиденье.

Максим подбежал к автомобилю, открыл багажник, порылся в рюкзаке. Усевшись на своё место, разложил на коленях карту.

— Что там случилось? — поинтересовался Олег.

— На ж/д переезде ЧП. Состав сошёл с рельсов.

— Жертв много? — подал голос Андрей.

Олег скривился:

— Помолчи.

— Значит, так, — проговорил Максим. — Возвращаемся в Боярку. Через неё проходит объездная дорога. Ну а там до заповедника рукой подать.

— Сказано — сделано, — кивнул Олег и завёл двигатель.

«Патриот» сдал назад, проехал немного вперёд, снова назад и наконец вырулил из колонны.

Автомобиль катил по просеке. Над кустарниками роилась мошкара. Из зарослей вспархивали пичуги, потревоженные рокотом мотора. Еловые лапы поглаживали с тихим скрипом дверцы и окна. Солнечные лучи пронзали сплетённые кроны деревьев и, подобно косым струям дождя, разбивались о запылённое лобовое стекло.

Андрей спал на заднем сиденье, свернувшись калачиком и заложив ладони между коленями. Приоткрытый рот, усеянное веснушками лицо и маленькие, как пельмешки, уши придавали ему по-детски беззащитный вид. Максим, погружённый в раздумья, смотрел вперёд немигающим взглядом. Упрямый подбородок напряжён, губы застыли в жёстком изгибе. Брови словно крылья чёрного лебедя, бегущего по воде.

У Олега взмокла спина: не от духоты — хотя и она внесла свою лепту, — а от нешуточных переживаний. Из головы не выходили слова Андрея. Что делать, если малец окажется прав? Максим не станет буйным — об этом Олег не допускал даже мысли, но изнутри грыз червячок беспокойства: не подвергает ли он опасности приятеля? А ну как вспомнит Максим нечто ужасное — хотя что такого ужасного могло произойти за пять минут? — да забудет всё, что помнил раньше. Кто может поручиться, что очередной удар по психике не приведёт к обострению болезни? Или ещё хуже — к серьёзному психическому расстройству. Тогда психлечебница станет ему родным домом.

Из памяти исчез крошечный отрезок жизни — не год и не месяц, а всего лишь несколько минут. Велика печаль… Люди нередко забывают, чем занимались вчера, но по этому поводу никто не страдает.

— О чём думаешь? — спросил Олег.

Вынырнув из размышлений, Максим моргнул:

— Думаю, как жить дальше.

— Хорошо жить. Возьми ещё один отпуск; тебе не откажут. Съезди куда-нибудь, да хоть к морю. Смени обстановку. О деньгах не переживай, я помогу. Всё наладится, вот увидишь.

— Меня попрут с работы.