В моей голове боролись ангел и бес. Настоящие ангел и бес подавали мне знаки через окно. Отвернулась и произнесла:

— Прости меня…

— Это я уже слышал. Хочешь добавить что-то еще?

Да. Например, побольше холода в твой голос, чтобы он превратил меня в ледяную статую.

— Эйхеллин показала мне приглашение. И там какая-то ошибка…

— Если ты не умудрилась подделать записи в центральном королевском архиве, там нет ошибки. Потрудись явиться на церемонию в назначенное время.

— Но…

— Я занят. Не беспокой меня по пустякам.

И снова гудки.

Не беспокой меня по пустякам?!

Это что вообще было?

— Ну? Что он сказал?

В разрезе штор показались головы подруг.

— Что я выхожу замуж, — произнесла озадаченно.

Девчонки показались полностью, запрыгали, захлопали в ладоши. Словом — шумели и праздновали, только я повода не видела.

— Я же говорила, он ее простит! — радостно воскликнула Лиора.

— Нужно быть идиотом, чтобы не простить.

— Значит, он идиот, — произнесла негромко, возвращая подруге телефон. — Потому что Эриол Риган точно меня не простил.

— Зачем тогда женится?!

— Из-за своего дракона, надо полагать.

Я сникла и вернулась в комнату. С одной стороны — это хорошо. Можно вернуться в Эсмирру, окончить учебу и пойти работать по специальности без страха лишиться головы или поселиться в тюрьме. С другой стороны — можно остаться здесь. У антов для таких как я работы много. Но на чужбине нелегко, да и девчонки…

Осмотрела комнату, где все шикарное, дорогое, но безумно чужое, и произнесла устало:

— Поехали домой.

Туда, где скрипучий пол из прогнивших досок, капает с потолка во время дождя и воняет плесенью каждый раз, когда Эйхеллин устраивает заплыв в ванной. Где приходится ежемесячно наскребать на арендную плату и время от времени устраивать диету из овощей, чтобы расплатиться за учебу. Туда, где пахнет пирогам и акварелью, где маленький садик с моими цветами и все знакомо. Туда, где тебе рады. Домой.

Королевский номер в лучшем отеле антов оказался предоплачен. Мне вернули двадцать золотых разницы, улыбнулись на прощанье и пожелали счастливого пути.

До границы добирались на каре. Перекусили в местной кафешке и, пока ждали нашей очереди на таможне, успели прогуляться по парку. Я много думала, и приняла решение окончить университет, а там… попробовать с Ремальдом. У нас было изящное прошлое, романтичное настоящее и, может быть, ждет светлое будущее? С Эриолом будущего нет и не может быть. Любовницей я ни за что не стану, а королевой… еще смешней!

Лиора протянула телефон и девчонки оставили меня под липкой. В смысле, дали возможность уединиться. Ну, то есть, я всего лишь хотела поговорить!

Рем ответил почти сразу. Жив!

— Привет, — выдохнула с облегчением.

— Как ты? Голова не болит?

— Ты про последствия того ритуала, — я поджала губы, стараясь не кипятиться. — У меня болит только самолюбие, ведь ты снова принял решение за меня. Ремальд, ты постоянно так делаешь! Если мы вместе, то и решения должны принимать сообща.

— На счет этого, Джиа, — он замолчал, но и сказанного хватит. Меня отошьют. — Я нарушил законы мироздания, за что должен был умереть. Дело не в правосудии друидов, а вселенском равновесии. Когда Эриол вмешался, баланс вновь нарушился. Теперь неизвестно, в какую сторону качнется маятник, и кого он заденет.

— Рем, если ты снова решишь пожертвовать собой, то я…

— Нет. Есть другой способ. Я вернусь к истокам и все исправлю.

— О чем ты говоришь?

— Помнишь, я рассказывал, что у древа Познания плещутся воды Изначального. В этих землях гуляют ветра Перемен и растут плоды Искупления.

Я закрыла глаза и прислонилась лбом к липе.

— Ты станешь жрецом мирозданья?

— Если пройду испытания. Джиа. Ты — лучшее, что со мной случалось. Но наш союз изначально был обречен. Я не имел права давать тебе надежду, но не устоял…

Мы молчали, изливая боль в тишину.

— Я ни о чем не жалею.

— Я тоже, — Рем помолчал и сменил тему. — На счет Эриола. Ради тебя он объявил войну и совершил международное преступление. Мне будет спокойно знать, что ты в надежных руках.