Троица воздушных 'джеков на Рухах промчались мимо них, облетев теплицу на такой скорости, словно хвосты их птиц были подожжены. Одолженная птица Пивлика издала крик им вслед, но в остальном, их проигнорировали полностью.

Пивлик проследил направление, по которому умчались воздушные 'джеки, и увидел, что они направлялись прямо к голове Топтуна, округлой статуе в виде головы, парящей над скалистой спиной нефилима. С его ракурса казалось, что она парит на подушке золотистой энергии, фонтанирующей из спины чудовища, несомненно, какого-то волшебного происхождения, но вполне естественной для нефилима. Одним выкриком лидер эскадры приказала воздушным 'джекам прицелиться и по ее команде, три выстрела - на таком расстоянии они звучали, словно хлопки вылетающих из бутылок пробок - разразились из их поднятых огневых жезлов.

Оранжевые сгустки энергии вполне безобидно отрикошетили от каменной спины нефилима, но, вероятно, по меньшей мере, смогли его ужалить. Топтун зарычал призывным ревом в сторону воздушных 'джеков и попятился на своих заостренных каменных ногах. Затем он раскрыл свой ломаный крабовый рот, и перед тем, как воздушные 'джеки смогли отлететь для следующего захода, пасть нефилима изрыгнула залп огня. Это было не чистое драконье пламя, которое так недавно Пивлик наблюдал собственными глазами, а скорее красновато-оранжевая жидкость, воспламенившаяся при контакте с воздухом, и окутавшая наездников на Рухах адским пламенем, достойным самого Нив-Миззета.

Пивлик направил своего Руха вниз, под линию огня Топтуна.

– Не знал, что он способен на такое, - произнес Пивлик, когда убедился, что они ушли из зоны риска.
– Напомни мне не стрелять в него.

– Потрясающе, - сказал Обез. Пивлику не понравился оттенок восхищения в его голосе.

– Это не забавные зверушки, - сказал Пивлик.
– Они убивают людей, друг мой. Безо всяких контрактов и разрешений.

– И все равно, потрясающе, - повторил Обез.

– Почему каменные титаны не вмешиваются?
– спросил Пивлик, не особо надеясь на ответ.

– Если они не вмешались до сих пор, я полагаю, что уже и не вмешаются, - сказал Обез.
– Взгляни туда.

Ползун в полумиле от них изо всех сил старался разрушить Центральный Форт. Когтистые лапы этого змееподобного существа терзали опоры штаба воджеков, разбивая старые и новые укрепления недавно восстановленного здания, сильно пострадавшего во время Декамиллениума. То, на что указывал Обез, уже обрушилось - центральная башня, где располагался командный центр военачальников в кризисные времена.

– Каким образом уничтожение Сзедека сможет остановить их?
– спросил Пивлик.
– Как это сможет спасти всех этих людей?

– Не думаю, что это как-то поможет, - с грустью в голосе ответил Обез.
– Но Равника - больше, чем этот город, и мы все отстроим заново, после того, как укрепим и усилим Пакт Гильдий. Приходится верить в это.

– Мне не приходится, - сказал Пивлик, - но я поверю, потому что альтернатива уж слишком депресс...

Тень накрыла беса и мага-законника, окутав Руха временной мглой под исполинским округлым силуэтом, затмившим собой последние солнечные лучи. Пивлик со всей мочи пришпорил птицу, и Рух рванулся вперед, уклоняясь от случайных комков слизи, брошенных Мозгом в их направлении. Рух не успел вовремя скрыться от броска нефилима. Комок плоти чудовища не попал в птицу, но Пивлика резко затрясло, когда Руха завертела воздушная воронка промчавшегося мимо них снаряда.

Не смотря на все его усилия, Пивлик почувствовал, как отрывается от седла. Рух старался выровняться, и Пивлик перелетел через голову птицы, все еще сжимая в руках вожжи. Обез, конечно же, снова схватился за его крыло и последовал за бесом.

К тому времени, как Рух выровнял свой полет, он вновь почувствовал отсутствие всадника в седле, но при этом нагрузка осталась прежней, поскольку бес и маг-законник болтались на вожжах, свисавших с его взъерошенной шеи. Обескураженная птица приняла натяжение вожжей, за которые отчаянно хватался Пивлик, за команду к повороту и по счастливой случайности - а в последнее время удача не особо сопутствовала Пивлику - Рух повернул назад, в сторону теплицы. Но Пивлик не знал, как долго продлится это везение, свисая с растерянной гигантской птицы, прямо над бушующим под ними Топтуном, и вопящим магом-законником, свисавшим на болезненно вывернутом крыле беса.

Панический крик комом встал в горле Пивлика, когда он услышал звук тяжелых ударов, исходящих из-под поверхности павильона и гремевших громче, чем топот нефилима, крушащего строения прямо под ним. На опустевшей центральной площади, давно покинутой жителями, в панике разбежавшимися в поисках укрытия, появились концентрические трещины. Раздался еще один удар, послышался треск, и из центра трещины вылетели каменные блоки и куски кирпичной кладки, выбитые снизу громадным, покрытым шипами кулаком цвета ночи.

– Это еще что?
– прокричал Обез, окончательно утратив свою духовную и ученую выдержку.

– Думаю, это демон, - сказал Пивлик.
– И прошу тебя, поаккуратнее с крылом. Если я не удержусь, то крылья буду единственным, что сможет помешать нам превратиться в пару лепешек.

Пивлик подавил визг, когда толстяк сместил вес и ухватился одной рукой за пояс беса, снимая часть нагрузки с его крыла, но этим заметно затруднил бесу дыхание.

– Быстрее, Кос, - прохрипел Пивлик.