– Можно подумать, у тебя была мысль получше,– мысленно огрызнулся Обез.

– Больше так не делай. Либо я здесь главный, либо нет.

– Кто сказал, что ты тут главный?

Но ничего на них так и не рухнуло. Спустя пару минут, шум стих, и зал Сената наполнился звенящей тишиной.

– Все в порядке?
– прошептал Кос.

– Кто это сказал?
– ответил женский голос Таисии.

– Я, Кос, - сказал он.
– Типа того.

– Вы можете помолчать? Я пытаюсь расслышать, что происходит там, снаружи.
– Это был голос Капобара, звучавший так, словно его пьяный угар умчался прочь, оставив за собой кого-то столь же напуганного, сколь и раздраженного. Кос знал это чувство.

Тишина продолжалась еще несколько секунд, затем Кос услышал кашель, за ним еще один, звучавший за их импровизированным укрытием.

– Мне надо посмотреть, что случилось, - сказал он.
– Я выхожу.

Он вытащил толстое тело Обеза из-под полу-раздавленного стола. Несколько крупных каменных обломков прогнули его поверхность, но в целом, могло быть и гораздо хуже. К примеру, если бы он был исполняющим обязанности гилдмастера Борос. Одна из поддерживающих распорок стеклянной крыши упала прямо на сиденья Сената, где она и осталась воткнутой, колышась, словно копье. Это копье практически полностью уничтожило генерала-командующего воджеков, Нодова - от него осталась лишь одна нога.

Верховный Арбитр находился за 'джеком, а трон Августина от столкновения, должно быть, был опрокинут на бок. Гилдмастер Азориус лежал на растрескавшихся ступенях, посреди осколков стекла, подобно беспомощному старику, но все же решительно оттолкнулся своим безногим телом от пола, и принял сидячее положение. Пушок ближе всех была к локсодону, и Святой Кел был обязан жизнью ангелу, которая, похоже, схватила его перед тем, как каменная глыба, величиной с верблюда, раздавила кресло Селезнийца.

Нигде не было видно трех приставов и несчастного стенографа, но один лишь вид руин, крушения, и разбрызганной крови, уже не вызывал вопросов об их судьбе. Души присяжных все еще бесполезно летали повсюду, не способные ни помочь их Азориусовскому господину, ни служить их обычной цели - соглашаться с Августином IV в каждом споре.

Сам Парелион, причина всего этого разрушения, молчаливо и без тени раскаяния взирал в глаза Коса. Невидимиззиумный ветровой экран висел наверху, опаленный дочерна; сквозь него невозможно было рассмотреть ничего из того, что было внутри. Вся летающая крепость клином вошла в палаты Сената, словно кто-то с безумной силой засунул кубик в круглое отверстие. Две воздушные сферы на днище крепости - единственные, которые Кос мог рассмотреть со своего ракурса - являли собой темные, опаленные округлости. Великий двигатель реальности не издавал ни звука.

Ни одного ангела не было видно.

– Пушок, - сказал Кос, - ты в порядке?
– Он позвал остальных, сказав им, что они могли выходить, и полез через наиболее устойчивые на его взгляд обломки, к упавшему судье.

– Я цела, - сказала Пушок.
– Я сожалею, что из-за оков, я не смогла вовремя подоспеть к генералу-командующему.

– Оковы будут сняты, - мягко сказал Августин, но с судейским оттенком, когда Кос помог ему вновь сесть на свой летающий трон. Со славами Арбитра, серебряные кольца зазвенели, упав на осколки стекла, и глаза Пушка вспыхнули огнем.

– Спасибо, - было все, что она сказала, помогая локсодону подняться на ноги.

– Пушок, - сказал Кос, - собери людей. Нам нужно...

– Тебе нужно отправляться в Новижен, - сказал Верховный Арбитр, и это было не предположение. Это был прямой приказ.
– Ты войдешь в теплицу. Момир Виг укрывает Димир, согласно информации от моей разведки. Тебя ждет работа, стражник.

Кос заскрипел зубами, чувствуя необъяснимую потребность повиноваться.

– Пушок, как только ты забросишь меня в теплицу, тебе придется выслать сюда подмогу.

– Гилдмастер никуда не собирается уходить, - сказал Верховный Арбитр.

Пушок выглядела виноватой, но медленно кивнула, соглашаясь с этими словами.

– Верховный Арбитр прав, Кос. Теперь это моя обязанность. Я должна исследовать Парелион. Ты должен найти Сзедека.

– Но я рассчитывал, что ты забросишь меня туда, - сказал Кос.
– Пушок, если я столкнусь с...

Тень пролетела над его головой, заставив его подпрыгнуть. Тень обернулась огромной золотистой птицей с невероятным наездником на спине, приземлившейся на верхние, из оставшихся ступеней Сената.

– Беда, - задыхаясь, прохрипел Пивлик, устало сползая с седла птицы Рух.
– Сюда идет беда.

– Пивлик?
– одновременно сказали Кос и Таисия.

– Кто же еще?
– сказал бес, но затем спохватился.
– Прошу прощения, Вы кто? Откуда Вам известно мое имя?

– Пивлик, у меня нет на это времени, - рявкнул Кос.
– Какая беда? В смысле, кроме этой?
– Он ткнул пальцем на рухнувший Парелион.

– Кос?
– сказал Пивлик, узнав знакомый тон, такт, и полу-голос.
– Как это возможно, друг мой? Как это возможно? Ты...