— Так, стоп! — поспешно заявила Уна. — А как же условия обсудить? Райдер там…

— Райдер? Что это? — непонимающе уставился на нее посол.

Вот блин, говорил же ей, не надо использовать слова из моего прошлого мира. Все равно никто не поймет.

Но Уна терпеливо объяснила, что такое райдер.

— Все будет, — заверил ее Остерман, — не переживайте на этот счет!

Он уже дернулся к выходу, но я остановил его, задав чрезвычайно интересующий меня вопрос.

— А если бы я отказался? Вы уже все подготовили…

— Вы бы не отказались, — рассмеялся посол, — в любом случае я бы сделал вам такое предложение, от которого не отказываются.

С этими словами он ушел.

— Однако, — весело хмыкнул я, — похоже, нас развели на деньги. Он готов был намного больше отдать.

— Пять миллионов — это нормально, — попыталась оправдаться расстроившаяся Уна, явно посчитавшая, что я недоволен. — Все равно собирались давать концерт, разве нет?

— Расслабься, — успокоил я ее, — пять миллионов действительно нам не помешают, и да, концерт все равно бы состоялся.

— Все равно, какой-то слишком наглый посол, — заметил гном, внимательно слушавший наш разговор с Остерманом.

— Да и хрен бы с ним! — фыркнул я. — Ты мне там вроде обещал показать асгардские таверны. В принципе, время у нас есть.

— Точно! — явно обрадовался Олаф. — Можем прямо сейчас отправиться.

Как говорится, сказано — сделано. Понятное дело, весь гарем мы с собой не брали, тем более гном сразу предупредил, что расхаживать по Асгарду с такой толпой красавиц дело опасное. Не знаю, где он там опасность увидел, но, чтобы успокоить разнервничавшегося гнома, я взял с собой только Мин, Кин и Гхару с Дианой. Иначе никто бы не понял моего ухода вдвоем с гномом без охраны. Ах да, забыл, седьмой была Уна. Она точно наотрез отказалась оставаться, сообщив, что где хозяин там и его фамильяр.

Покинув территорию гостиницы и оказавшись на улице, мы наняли карету, причем гном о чем-то некоторое время общался с кучером, и тронулись в путь.

— Что ты там ему говорил? — спросил его.

— Обсуждал с ним наш маршрут. Че кареты-то менять. На весь вечер его арендовал.

— Интересно, — недоумевающе заметил я, — это сколько же ты таверн собираешься сегодня обойти?

— Ну хотел три-четыре, а что? Мало?

Я только и покачал головой. Ладно, посмотрим.

В результате весь вечер свелся у нас к весьма однообразной выпивке. Ничего особенного в тавернах, по которым мы ездили, я не заметил. Обычные кабаки, ничем не отличавшиеся им подобных в России. Да и, наверное, вообще от всех таверн в этом мире. Единственное, насчет чего Олаф оказался прав, так это насчет пива. Гномы его делать умели.

Учитывая, что рядом со мной, можно сказать, был личный крылатый вытрезвитель по имени Уна, то я вполне комфортно заливал в себя кружку за кружкой, в отличие от того же самого гнома, который к третьей таверне уже прилично набрался.

Ну а в последней, четвертой, гном расчувствовался. Мало того, он решил еще и мной похвастаться. Я так понял, хозяин был его знакомым. В начале гномы о чем-то шептались друг с другом. А после третьей кружки к нашему столику подошел хозяин.

Ромунд

Возраст 125

Уровень 50

— Уважаемый князь! Я хозяин этой таверны, а Олаф — мой старый друг, — он вопросительно посмотрел на гнома, тот кивнул. — Мы с Олафом вместе воевали, — сообщил он мне. — Как вы, люди, любите говорить, пуд соли вместе съели, — голос у гнома был на удивление серьезный и почти трезвый.

— Рад видеть друга моего друга, — заметил я, — только вот вы явно, что-то хотели?

— Да, — улыбнулся Ромунд. — Олаф рассказал мне о ваших талантах, князь. Не сочтите за наглость, хотел бы попросить исполнить какую-нибудь песню о нас, о гномах, о нашей земле. Мой друг говорил, что вы можете спеть так, чтобы за душу взяло.

— Да, Саша, — с надеждой посмотрел на меня Олаф, — уважь старика, спой.

Все посетители (а таверна была практически полной) с любопытством смотрели на меня. Да оно-то, конечно, все понятно, но вот что им петь? Я даже немного растерялся. Хотя была у меня одна песня. Но она на эльфийском, как отнесутся гномы к эльфийскому языку, я не знал, поэтому сразу уточнил этот момент у уважаемого Ромунда.

— На эльфийском? — удивился тот. — Ну вообще, конечно, странно, но этот язык знают все гномы. Надо знать язык своих врагов! И если песня, воспевающая страну гномов, на вражеском языке… это необычно. Спой, князь, за нами не заржавеет

Ладно… Я достал Лиру. «Земля льда и снега» — так называлось произведение, которое собирался сыграть. Группа, исполнявшая ее в моем родном мире, была довольно «тяжелой», но мне больше зашла акустическая версия этой песни. Гитарный перебор нарушил мертвую тишину, установившуюся в таверне.

«Stratovarius» — «In the land of ice and snow»

'Земля льда и снега, где бушует полуночное солнце.

Сто тысяч озер сверкают В земле льда и снега.

Мы следуем за северным сиянием, что бы ни случилось.