И ударили барабаны, за которыми включились ритмичные аккорды тяжелого рока. Группа, исполнявшая песню в моем мире, была не особо известной, но эта песня почему-то в свое время зацепила меня…

"Братья мои шахтеры, возрадуйтесь! Раскачивайтесь… вместе со мной!

Поднимите кирки и возвысьте свои голоса! Пойте, пойте со мной!

Все ниже и ниже, все глубже и глубже, кто знает, что мы там найдем?

Алмазы, рубины, золото и многое другое спрятано в недрах горы".

«Wind rose» — «Diggy, diggy hole»

(Свободный перевод на русский язык)

Веселая песня про гнома, копающего яму и тем не менее воспевающая, так сказать, один из главных достоинств когда-то подгорного народа, произвела ошеломляющий эффект. Я и не ожидал подобного. А учитывая, что припев про копающего гнома легко можно было распевать как настоящий гимн… Я еще периодически орал, чтобы со мной пели. Снова по поляне прокатился дружный хор гномьих глоток. На эльфийском! И вновь я периодически давал гномам поорать, к тому же в этой песне присутствовали хоровые вставки, так что все получилось все очень даже круто.

Ну раз так… еще врежем на эльфийском. Эх, жаль, что песня на этом языке, а перепевок на русском даже Лира не нашла. Ну ничего… Надеюсь, зрители поймут…

"Вставай и дерись! Встань и увидишь свет,

Прогони тучи прочь.

Вставай и дерись! Встань и смотри, как небо светлеет,

Сражайся за лучшее завтра."

(Вольный перевод на русский)

«Turisas» — «Stand up and fight»

И зрители поняли. Вновь со мной хором все поле пело на эльфийском языке припев «Вставай и дерись!». Да что там говорить, сам конунг не отставал… И вот после этой песни началось совершеннейшее буйство, но какое-то странное. В отличие от тех же самых эльфов, которые на концертах в основном дрались, гномы, несмотря на то, что многие были уже хорошо пьяными, скорее, наоборот. Все периодически возникающие схватки были каким-то не злобными, словно бойцы просто решили помериться друг с другом силой, но как-то по-дружески, что ли. Весело и радостно бить морду — это надо уметь!

На этот раз я чувствовал лишь легкую слабость, видимо окончательно привык к энергии, вливающейся в Лиру. Так, пора заканчивать… напоследок что-нибудь позитивное. О, точно! Опять вездесущий «Сколот»… Ну что поделать, если их музыка как никогда удачно подходила к этому концерту. К тому же, как я выяснил, слово «варяги» было знакомо гномам и как и «викинги», и «норманны» являлось одном из самых популярных названий народа гномов.

— Эй, варяги! Готовы петь со мной? — мой голос на миг вызвал полную тишину, через миг взорвавшуюся одобрительным свистом и дружным топаньем…

Эй, варяги! Эгей, бродяги! Вам ли плакать о доме своем?!

Бросим свары, вперед драккары. Один знает, куда мы придем

Эй, варяги! Эгей, бродяги! Вспеним море веслами, друг.

Звезды ночью укажут точно, путь до цели, лишь волны вокруг.

«Сколот» — «Эй, варяги!»

Песня закончилась, и я, поклонившись вместе со своей группой поддержки зрителям, которые разразились настоящей бурей аплодисментов, смахнул уведомление о «Слиянии», и немного подумав вспомнил об обещании конунгу. Что ж потрафим правителю.

— Друзья! — вновь разнесся над зрителями мой усиленный магией голос, — давайте воздадим хвалу конунгу. И под рев восторженных гномов загремели аккорды прощальной песни.

Вереску поле да воля траве. Где-то потерян предков завет.

Кровью залита к бесу луна. Конунгу — слава, дружине — вина!

Будет ли солнце над миром ходить? Сможет ли женщина сына родить?

Бешеным войнам правда одна. Конунгу — слава, дружине — вина!

Сауроныч — «Конунгу слава — дружине вина»

Последние куплеты особенно фразу — «конунгу слава — дружине вина» гномы орали с большим воодушевлением. Но все когда то заканчивается, закончилась и эта песня. Поклонившись беснующимся зрителям, я ушел со сцены. На этот раз сознание я не терял и спокойно смотрел на появившееся перед собой системное сообщение.

Внимание! Вы повысили уровень Лиры

Лира +1

Текущий уровень 14

Вот это отлично… Да и плюшек я подсобрал уже немало.

Приняв поздравление от вытирающего слезы гнома (м-да… стареет Олаф) и от остальных членов моего отряда, не участвовавших в концерте, выпил стакан холодного пива. Ну прямо с огромным удовольствием пошло…

Мы отправились к выходу, где нас ждал Остерман. Посол был слегка бледен.

— Что случилось? — поинтересовался я.

— Нам надо как-то до шатра добраться, — тихо произнес тот, — а там…

Я осторожно открыл заднюю дверь, через которую мы собирались покинуть сцену, и увидел гномов. Толпа, блин, еле сдерживаемая охранниками.