Шрифт:
Не знаю какие эмоции Олмэн видел на моем лице, но его губы расползлись в однобокой улыбке прежде, чем он продолжил.
— Она сообщила мне, что пророчество сбылось. Алариэль в целях безопасности не указала имени, но этот амулет… он о многом говорит.
Олмэн наклонился ко мне и доверительным шёпотом произнёс:
— Ты и есть — Освободитель.
Ну вот опять. Только своих отвадил от этого бреда.
— Нет, ты ошибся, друг, — фыркнул я, бесцельно шаря глазами по посетителям таверны.
— Я могу ошибиться, да. Но не Алариэль. Она давно ждала Освободителя и уж точно не позволила бы себе такую осечку.
Аголон, отпивающий в эту секунду из кружки, поперхнулся элем и громко закашлялся. От удивления мои брови поползли вверх, рискуя отпочковаться и взмыть в небеса. Что значит ждала? А как же ее «просто предчувствовала», «не знаю почему ты оказался здесь. Надо пройти испытания Разлома»? Ах, она маленькая лгунья. Ну, погоди, доберусь я до тебя!
— Ты знаешь где она сейчас?
Он отрицательно покачал головой.
— Пока я не поговорю с ней и со своими людьми, никаких решений принято не будет. Нам пора, Олмэн.
Я поднялся из-за стола, желая поскорее оказаться в прохладе улицы. Нужно все обдумать и оценить. За мной поднялся Аголон, на лице которого четко отпечатался шок. Откровенного разговора нам не избежать…
— Не руби сгоряча, Рюрик. Обдумай. Я могу предоставить тебе убежище. Собиславу не понравится твоё враньё… Он покарает тебя за неверность.
— Пусть лучше меня убьют, чем я буду прятаться, как крыса, пока мои люди гибнут.
— Никому не нужно безрассудное благородство! Ты должен жить для достижения высшей цели!
Мы сцепились взглядами. Советник не терял надежды переубедить меня, продолжая гнуть свою линию.
— Тихой тебе ночи, Олмэн.
Таверну мы покинули довольно быстро. Прохладная ночь освежала голову, в которой мельтешили и путались мысли. Чего ещё я не знаю об Алариэль? Что если пророчество действительно правдиво?
— Эли — маг?… — тихо спросил Аголон, когда мы седлали свежих коней и спешно покидали Эдихард.
— Это долгая история…, - устало выдохнул я.
— Хорошо, что у нас есть на неё достаточно времени.
Глава 3.
Долгий путь домой омрачался тревогой с примесью отчаяния. Я просчитывал варианты развития событий, их итоги и не мог выбрать из этого меньшее зло. Смертей не миновать. В открытом бою армия Собислава размажет нас по земле, а от Рэйна не оставит камня на камне. Я без конца продумывал речь, подбирал слова, которыми объявлю своему народу об окончании периода спокойной жизни. Но так и не решил как сообщить те новости, что мы везли из Эдихарда.
Дозорный нас заметил издалека. Громко прокричал радостную весть о нашем возвращении и ворота стали приветственно подниматься. Пока мы преодолевали разделяющее нас расстояние, к воротам стёкся радостный народ. Люди улыбались, шумели, пытались дотронуться до нас с Аголоном, женщины предлагали праздничные сладости, исходившие пряным ароматом на широких подносах. Виляя лохматым хвостом, к нам пробрался Фенрир. Так надолго мы ещё не расставались. Игнорируя протесты, волк вылизал мне все лицо и готов был запрыгнуть на руки, если бы размер позволял. А так приходилось тыкаться мордой в грудь, чуть ли ни сбивая меня с ног.
Как же приятно возвращаться туда, где тебя ждут. Искренне.
К нам подскочили Джаред и Эйвар, встревоженно-восторженные. Новости есть не только у нас… Красноречивый блеск в глазах у обоих прямо-таки вопил о незабываемых событиях, произошедших за время нашего отсутствия. Но сказать что-либо они не успели. Толпа расступилась, пропуская улыбающегося Бруни и хмурого Кельвара, ступающего за ним тенью.
Кровь моментально прилила к лицу и сердце вдруг гулко застучало в груди. Она… она тоже здесь? Я внимательнее всматривался в рукоплескавшую массу, ожидая, что вот-вот знакомый силуэт протиснется меж людей и я увижу глубокий взгляд голубых глаз.
Но она не появлялась.
Вероятно, мое лицо отразило тот вопрос, что с каждой секундой набирал громкость в голове. Потому как Эйвар, по-братски приобнял меня за плечи, в сожалении поджал губы и понуро покачал головой.
Нехорошее предчувствие, набирающее все это время обороты, вдруг захлестнуло меня до противной тошноты.
— Живая? — прочистив горло, спросил я.
— Не знаем…, - покачал головой Эйвар, с жалостью и горьким сожалением глядя на меня.
— Соберите совет. У нас тоже есть плохие новости…