— Если твой брат об этом узнает…

И что я хотела этим сказать? Ведь Руслан просто агрессивно защитил меня, но моя реплика прозвучала настолько двояко, что нарастающий гнев, промелькнувший в почерневших глазах парня как раскаты грома, будто испепелил меня на месте.

Руслан открыл дверцу стального шкафчика, а затем протяжно застонал и поморщился. Его ладонь была в крови.

— Как ты поранился? — схватив осторожно его за руку, спросила подрагивающим голосом.

— У этого ублюдка был кастет, — протянул он сквозь зубы, жмурясь. Я бережно рассматривала его раны, разрастаясь злостью и желанием прикончить того урода, который сделал Руслану больно.

— Руслан, я сообщу об этом администрации, — серьезно проговорила я, но парень меня остановил. — Это — серьезное нарушение.

— Хватит уже, — хмыкнул он. — До свадьбы заживет, — прошептал он глядя мне в глаза, отчего мои щеки вспыхнули. — Не хватало еще, чтобы ты меня снова защищала как раньше.

И мне пришлось везти его домой на его машине, потому что оставлять парня одного в таком состоянии я не могла. Руслан молчал весь путь как обиженный ребенок, которого отчитали родители за провинность.

— Такие вопросы решаются не кулаками, — проговорила я со всей строгостью, обрабатывая его рану на ладони. — Мы в цивилизованном обществе живем.

Он заступился за меня, рискуя своей жизнью. А если бы с ним что-то случилось? Своего страха за парня я, конечно же, не выдала, но переживание сжимало мое сердце.

— Мне нужно было наблюдать за тем, как он тебя лапает?! — фыркнул он. — Я не хочу, чтобы тебя кто-то трогал.

От неожиданности я сильнее сдавила бинт и парень прыснул. Мои щеки пылали от смущения, но я не подавала виду. Находиться с ним здесь, в его спальне с приглушенным теплым светом от одиночных светильников по обе стороны от кровати — было слишком.

— Не ерзай, — сказала предупреждающе, чтобы отогнать из спальни легкий флер интима. — Сделаю больно.

Парень сделал мне все наперекор, плюхаясь на матрас. И я брызнула доброй порцией спирта ему на рану, чтобы открытое место стало зудеть.

— Негодяйка, — застонал он, здоровой рукой обхватывая меня за талию и притягивая к себе.

Я стояла над ним, рядом с его кроватью, еще прошлой ночью клявшись самой себе никогда больше не переступать порога его квартиры. Открытый флирт Руслана как буря в тихую ночь обескураживал меня, заставляя краснеть под взглядом этого нахального, малолетнего безумца. Заметив мой взгляд, парень сразу же убрал свою ладонь с моей талии и опустил голову вниз.

— Это неуважительно, — официально произнесла я. Потянулась к комоду за спреем, чтобы перейти к царапине на щеке. — По отношению ко мне.

Он изогнул бровь в недоумении, продолжая внимательно меня слушать. Уголки его губ опустились, лицо приняло понурое, хмурое выражение с нотками грусти.

— Я забуду обо всем, — выдохнула, осторожно протирая синяк на его лице. Руслан больше не старался заглянуть на меня как минутой ранее, пялясь в одну точку на стене. — О вчерашнем тоже, — произнесла громче, сглатывая стыд, хлынувший к моим щекам.

— Я не просил тебя об этом, — гневно процедил он и я обомлела.

То есть, он ни капельки не жалеет о случившемся? Мои ладони опустились ему на плечи, вынуждая парня поднять на меня свой взор. Нам нужно было серьезно поговорить.

— Руслан, больше не ищи со мной встреч, — произнесла как приговор. — Не приходи ко мне в зал, или же, в офис. Я по ошибке пригласила тебя на фотосессию.

Кожа на его шее подрагивала, очевидно, этот разговор ему был так же неприятен, как и мне. Но он молчал. Я случайно опустила глаза на уголок его губ, в то место, где была открытая рана. Мурашки пробежали по коже, а пальцы рук стали приятно зудеть. Схватив тюбик с антисептиком, подняла лицо парня за подбородок и наклонившись, приложила ватный диск к ране. Парень слегка поморщился, но так ничего и не промолвил.

— Да уж, — чтобы разрядить накаленную до выброса тока, атмосферу, произнесла я шутливо. Нужно было дать понять ему, что я отношусь к нему как к младшему брату и не более. — Раньше у меня дома тебя по частям собирали, а теперь у тебя. Когда же ты повзрослеешь…

И не дав мне завершить реплику, Руслан грубо откинул мое запястье подальше от своего лица.

— Не разговаривай так со мной больше, — отрезал он. — Я не ребенок.

Он — ребенок.

Мне нужно было как мантру повторять себе эти слова каждую секунду, чтобы самой поверить в это. Потому что жгучее, необъяснимое влечение к этому парню вырывалось из меня наружу горящими импульсами.

Я заперлась в ванной комнате, желая поскорее смыть с себя пакостный, утренний макияж, жирным блином отпечатавшийся на моем лице. За всей этой неразберихой, я даже не успела принять душ в спортзале, а ехать в коротком топе и шортах в такси посреди ночи было плохой идеей. Умыв лицо, переоделась, наспех расправила складки на своем платье и похлопав себя по плечам, отворила дверь.

Пора убегать из этой квартиры.

Руслан ждал меня у порога, полуобнаженный, со спортивной майкой в руках. Томление ледяным вихрем поразило мои конечности, овладевая каждой частичкой организма. Я опустила голову и в эту секунду он вошел внутрь, невзначай задевая меня обнаженным плечом.