— Шелк, — лукаво улыбнулся он, когда снял с меня платье.

Я надела новый, шелковый комплект, чтобы удовлетворить желание парня. То роскошное, подаренное им белье, к сожалению, надеть снова не представлялось возможным. Но понравиться Руслану, мне несомненно хотелось.

— Тебе же нравится, — хихикнув, обернула руки вокруг его шеи.

Опустила их ниже, проскальзывая под ворот его белой рубашки, которая внезапно стала дико мешать. В предвкушении жадных поцелуев желанного тела мужчины, я стянула полу-расстегнутую рубашку с Руслана, коснулась ладонями обжигающей груди и привстав, прижалась к ней губами.

— Мне нравится, — застонав, прошептал он, стаскивая лифчик с моей груди. — Когда ты вообще без ничего, — добавил он с нотками рвущейся наружу, страсти.

Раздевшись полностью, он стянул с меня трусики и погрузился в мое тело. Он делал это медленно, гоняя закипевшую кровь по сосудам, будоража нервные импульсы в моем возбужденном донельзя, теле. А потом, быстро, заглушая мои отчаянные стоны своими губами, лаская твердые соски нежными пальцами, касаясь самых чувствительных точек моей кожи. Потому что за короткий срок очень хорошо изучил мое тело.

Будучи и так беременной от него, я полностью отдалась каждому мгновению нашей сладкой близости, не переживая за последствия. А разве раньше меня беспокоила возможность забеременеть? В глубине души, мне всегда было безразлично, потому что я не боялась. Он именно тот, от кого я хотела детей. Тот, кому целиком и полностью принадлежало не только мое тело, но и душа.

— Лесь, — обессиленный, тяжело вздыхая на моей мокрой от пота, груди, прошептал он. Кожа зудела от впившихся в кожу волос от его легкой щетины, но сейчас, это было совсем не важно. — Я хочу продолжить, но…

— Ты устал, — завершив за него, протянула я, гладя парня по влажным, русым волосам.

Мужчина сильнее сомкнул свои руки на моем животе и цокнув, продолжил:

— Я не устал, — заявил он твердо. — Мне двадцать три, помнишь? — подмигнув мне, пошутил он, намекая на мои вечные заморочки по поводу возраста. — У меня самый пик сексуальной активности, а я уже женат. Ты же понимаешь да, что теперь тебя ждёт?

У меня едва не отвисла челюсть от наглого заявления этой зеленоглазой катастрофы, искусно насмехающейся надо мной.

— Можешь больше вообще не ходить в спортзал, — засмеялся он, вдавливая меня своим весом в постель. — Теперь это пустая трата времени.

— Ты мне угрожаешь? — отчего-то, мои щеки вспыхнули, стоило Руслану прищуриться и завести мои руки над головой.

— Нет, — шепнул он мне на ухо, а затем подул на влажную шею и опустившись, чувственно поцеловал пульсирующую венку. — Я ставлю тебя перед фактом, — поцеловав меня в губы, добавил он. — Но уверен, тебе это будет очень нравиться.

— Мне уже очень нравится, — мое тело ответило волной дрожи на его поцелуи, и я издала тихий стон.

***

— Ты в прошлый раз то же самое говорила, — не унимался мой муж.

После росписи, нашей первой брачной ночи и всем остальным, что полагалось супругам, Руслан действительно взял бразды правления в нашей маленькой семье в свои руки. И ни в коем случае не хотел уступать мне в этом, развернувшемся, словесном поединке.

— Русик, — ласково протянула я, кладя свои ладони на его, которые покоились на руле. — Любимый мой. Ну, пожалуйста.

— Нет, — цокнул он. — Ты не пойдешь туда одна и точка, — заявил он тоном, не терпящим возражений.

— Это же, все-таки, моя мама…

— В последний раз, — кашлянув, проговорил он. — Ты после разговора с ней переменилась на все сто восемьдесят градусов. Внутри тебя мой ребенок, — он выдвинул железобетонный аргумент. — Не хватало еще подвергать тебя стрессу.

— Руслан, — выдохнула я. Притянув его ладони к себе, поцеловала руки мужа, вынуждая обиженного парня посмотреть в мою сторону. — Давай, ты дашь мне пять минут, — парень приоткрыл рот, нервно закатывая глаза. — Припаркуешься, а за это время я уже успею спуститься.

На самом деле, я понимала, что моя родная мать никогда не примет нашего брака. Рефлекторно схватилась за свой живот, предвкушая порцию отборных ругательств и проклятий в мой адрес после того, как я заведу с ней беседу. Но как же сильно мне не хотелось, чтобы Руслан был свидетелем ее скверного поведения.

— Иди, — громко выдохнул он с видом пораженного мученика. — Даю тебе эти твои пять минут. Если не спустишься, я приду за тобой.

Поцеловав мужа в щеку, я отстранилась. Руслан не осмотрел на меня и не сказал ни слова, бездумно пялясь в одну точку на лобовом стекле, перед собой. Мой муж снова опустил ладони на руль, и дождавшись моего выхода, завел автомобиль.