Шрифт:
— Ого, сам Вешатель решил помочь нам, — заметил Виктор.
Громкая слава инквизитора Антона Галагана всегда бежала впереди него.
Пули застучали по бортам машин.
— Вступаем в бой. «Сабатина», обозначьте свою позицию дымовым сигналом.
— Маякни им, пока нас не разнесли в клочья.
Каин загнал в подствольник гранату и выстрелил. Повалили клубы синего дыма.
— Видим вас. Открываем огонь по противнику.
Машины развернули башни в сторону нападавших и начали сносить лесок огнём пулемётов. Часть бронетранспортёров развернулась задом к позиции «Дельты» и откинула аппарели.
— Давай по гробам, — сказал Виктор, махнув рукой. — Поедем с комфортом.
Ботинки загрохотали по стали.
— Все погрузились?
— Да, — ответила Альма.
Виктор открыл окошко в перегородке, которая отделяла десантный отсек от кабины.
— Вывозите нас отсюда.
— Груз на борту, выдвигаемся.
Заревели движки, и колонна покатила в сторону Офенпешта. Перед головной машиной грохнуло.
— У них гранатомёты. «Голиаф», начинайте зачистку.
— Принято.
На холме показался приземистый силуэт танка.
Виктор поставил автомат в держатель и закрыл глаза. Вдали грохотали взрывы.
— Наконец-то этот день закончился.
— Как думаешь, Регина знала об этом? — спросил Каин.
— Ты про бомбу?
— Да.
Виктор пожал плечами.
— Может, она всё это и устроила. С какой целью — неизвестно, но прикрытие операции получилось удачным. В любом разе, жди нашего появления в новостях.
— Теперь к числу наших врагов причислен ещё и «Грааль».
— Расслабься. Чем глубже в жопе, тем лучше живётся. Такова жизненная философия «Дельты».
— Грязный, зажигалка есть? — спросила Кармен. — Я свою потеряла.
— Жнец, передай своим, чтобы не курили в салоне, — тут же отреагировал Вешатель.
— Ты подслушиваешь, что ли?
— Если тебя что-то не устраивает, то можешь идти пешком.
— Ладно, уговорил.
[1] Он бьёт рис — венгерское выражение, означающее «он много говорит».
[2] Антабка — приспособление для крепления и передвижения ремня ручного огнестрельного оружия
Эпилог
Тем более теперь, оправданные кровью Христа, мы будем спасены Им от гнева
Послание к Римлянам, 5:9
Давид Вранеш остановился в дверях казармы. За проведённое на базе время он успел получить только парадную форму оливкового цвета, положенный всем новобранцам набор вещей и документы.
— …А потом Бео решил схлопотать пулю, — закончил Скарт, вспомнив старую историю. — Ну а поскольку намерения с делами у него расходятся редко, получилось реализовать задуманное в кратчайший срок.
— Лучше расскажи, как ты в своё время пулю задницей словил, Грязный, — предложил пикси. — Вот это будет занятная история.
Получив медицинскую помощь, Бео отказался оставаться в лазарете и перебрался в казарму. Он развалился на койке и время от времени принимался потирать забинтованную грудь.
— Не в задницу, а в бедро. Ты не путай.
— Конечно, так оно почётнее звучит. Но тебя подвели сотые доли сантиметра.
— Если ты шаришь в вопросе, то в какой момент бедро переходит в задницу?
— Когда ты получаешь в неё пулю и начинаешь мстить обидчику за вторую дырку.
Вранеш бросил сумку на пол и открыл свободный шкафчик. После этого на него наконец-то обратили внимание.
— Это ещё кто такой? — спросил Девятка.
Каин постучал шахматным конём по столу.
— Не отвлекайся, твой ход.
— Счас, тут вопрос один остался. Старшина, это кто вообще?
— Пополнение подвезли, — пояснила Альма. — Будет подтягивать вас, недоносков. А то совсем разболтались, стали на банду похожи.
— Да? А почему я не в курсе?
— Ты в отрубе валялся и всё пропустил.
— Хм… — протянул Девятка и ткнул пальцем во Вранеша. — Слышь, тебе чего?
— Меня приписали к вам. Это же «Дельта»?
— Она самая, — ответила Альма. — Давай бумаги.
Разложив документы на столе, она приступила к чтению.