За последние недели все, кто пытался подобным образом показать свой нрав, доказать вес своего Дома или звания — плохо кончили. Иссохли в своих палатках, убитые подлыми «реольцами». Или оказались казнены перед строем сотен воинов. Шептались, что даже несколько Домов в королевстве оказались истреблены. Эти проклятые реольцы в сердце королевства словно заноза.

Зато и Фулгуран уже был освобождён. И окрестности пограничной реки Диандо вычистили и от реольцев, и от их Кровавых жнецов.

Оставалось последнее. Генеральная битва с реольцами, которых удалось-таки оттеснить от устоявшего Фулгурана не к Реолу, а в глубину Скеро. И отрезать там от подкрепления.

Король Лавой с улыбкой обводил взглядом битву. Ничего страшного, что гонганов у Скеро стало вдвое меньше. Великие паладины сражаться от этого хуже не стали. Зато дармоедов теперь меньше.

Главный козырь реольцев изрядно выбили за последнюю неделю. Вчера ему доложили, что шары с огнём и ядом у них уже на исходе. Только на одно сражение. Последнее, главное.

И король Лавой верил. В этот раз верил. Третий час битвы, а реольцы использовали свои шары считанные разы. Только когда Яшмовые весы едва не рассёк центр их построения и обманным перестроением заманил левый фланг под удар кулака из трёх Клинков. Берегут. Как берегут и свои козыри. Хотелось бы, что это был Исиор Агус, король Реола, но нет. Ни в одном из донесений не было даже намёка на то, что король перешёл на эту сторону Диандо. Трус.

Яшмовые весы вздохнул:

— Похоже, ваше величество, что нам придётся первыми повысить ставки.

— Ты думаешь, меня это расстраивает?

— Простите ваше величество, что всё это время не давал вам вступить в сражение, но так было нужно. И будьте осторожны, ваше величество. Прошу вас.

Король Лавой скривился:

— Не уподобляйся этим старикам. Ты всего полдня в их окружении, а уже нахватался.

Старики, советники, гонганы, владетели Великих домов, о которых и шла речь, отводили глаза, словно не слыша слов короля.

Он хмыкнул, повёл плечами, неспешно вынул меч из ножен и сделал первый шаг с холма, на котором и расположилась ставка его военного совета.

Телохранители остались на месте, сделали шаг ближе к Яшмовым весам. В том сражении, в котором будет участвовать король, их помощь будет лишней. Они будут лишь мешать.

С каждым шагом улыбка короля становилась лишь шире.

Сначала перед ним расступались его воины. Затем начали расступаться реольские. Они совсем не горели желанием схлестнуться в схватке с сильнейшим идаром Скеро. Они отлично знали, от последнего простолюдина до владетеля Великого дома, кто является сильнейшими идарами в любом королевстве.

Королевские семьи.

То, что не удалось Яшмовым весам отрядом из четырёх Клинков и десяти Великих паладинов — рассечь войско реольцев надвое — король сделал, не приложив никаких усилий. Он просто шагал, а реольцы расступались, отступали на полсотни шагов в сторону.

Король Лавой остановился и захохотал:

— Трусы! Никак не думал, что вы реольцы, окажетесь такими трусами!

Едва он это выкрикнул, как всё вокруг окуталось пламенем.

Стоявший на холме в сотнях канов от того места Яшмовые весы лишь увидел, как земля между разошедшимися в стороны реольцами вспухла, а спустя миг превратилась в огромный огненный шар.

Он с трудом выдавил из себя очевидное:

— Огненные шары. Они устроили ловушку. И я повёлся на неё.

Один из стариков шагнул ближе, прошипел в ухо:

— Если король погиб, то ты сейчас тоже умрёшь. Клянусь Хранителями.

Яшмовые весы выпрямился, ожёг старика-гонгана гневным взглядом:

— Как будто это самая большая моя проблема. Если...

Оборвав сам себя, он лишь махнул рукой и впился взглядом в оседающую после ужасающего взрыва землю. Там бушевало пламя. То самое липкое и неугасимое пламя, рецепт которого Скеро пока раскрыть не могли.

Яшмовые весы прошептал:

— Ну же, ну же, ваше величество.

Будто отвечая на его шёпот, ослепительные белые лучи рассекли жаркое оранжевое пламя рассекло на четыре части. Сердце не успело бы ударить и трижды, как пламя опало, угасло, словно за мгновение съев всю свою пищу.

Яшмовые весы был силён разумом, но отнюдь не дарами Хранителей.

Вцепившись в рукав ближайшего телохранителя, он потребовал:

— Что ты видишь? Что с королём?

Тот чуть подался вперёд, прищурился, а найдя среди пепла и жара фигуру короля, с облегчением выдохнул:

— Цел. Даже одежда почти цела.

Яшмовые весы выпрямился и потребовал:

— Быстро объявите это воинам! Немедленно!

Телохранитель недолго думая, вскинул вверх меч и заорал, срывая горло:

— Лавой, Клинок слепящего света! Лавой, Клинок слепящего света!

Через десять ударов сердца орали все воины Скеро. Орали, потрясая мечами, колотя ими по щитам, если они были. Все, и идары, и простолюдины.

Их вопль было слышно даже там, где и стоял король Лавой.

Усмехнувшись, он выпрямился, опустил меч и принялся сбивать пламя с одеяния. Буркнул себе под нос: