Только сейчас там нашёлся кто-то глазастый и заорал:

— Сзади! Сзади!

Реольцы дрогнули, их строй поплыл.

Но тут же замер от нового крика:

— Стоять!

Мы успели пробежать ещё двадцать шагов, когда внизу раздалась новая команда:

— Шестой и седьмой отряды, развернуться! Убейте их!

Я тут же рявкнул, торопясь воспользоваться шансом, пока реольцы сломали строй:

— Давай!

Шары взвились в воздух, расчертили небо, приближаясь к жертвам, но навстречу им ударили сотни призрачных мечей, заставив вспухнуть облаками яда раньше времени.

Яда, который повис между нами и реольцами, а затем дрогнул и двинул в нашу сторону, ползя наверх по склону.

Бегущий рядом Илиот выдохнул:

— Там адепты. Один точно.

Замер, вскидывая руки и складывая печати. А я, напротив, рванулся вперёд, больше не заботясь о том, чтобы держаться рядом со своими людьми.

Пульсирующий жар души возле сердца дрогнул, сжимаясь в комок, а затем вместе с толчком крови рванул по телу, наполняя Шаги северной тропы силой и скоростью.

Камни брызнули из-под сапог, в облако яда я влетел, разом преодолев шагов двадцать. Пробил его, расплёскивая его со своего пути. Идары не боятся яда. Во всяком случае простого и слабого.

Тени мчались рядом, одна тут же прохрипела:

— Вон он, господин!

Но я и сам видел замершую фигуру в многослойных одеяниях адепта, которая вскинула руки со сплетёнными в печати пальцами.

Ещё одно движение Шагов северной тропы и я уже в шаге от адепта. Вскинутый меч перечёркивает его фигуру, оставляя позади меня уже не живого человека, а два куска мёртвой плоти.

Я лишь скалюсь.

Вот так!

Вот чего стоит кровь первенца, вот чего стоит кровь будущего владетеля Дома, когда он прошёл посвящение!

Через мгновение, отрезвляя меня, по мне стегнули десятки призрачных клинков.

Я извернулся, взмахивая мечом и перенаправляя жар души в сталь, отправляя навстречу чужой Стене клинков свою.

В этих шестом и седьмом отряде реольцев, конечно же, был не только адепт.

Но и кто? Паладин меча? Великий паладин меча?

Оттолкнулся, изменяя направление бега, нацеливаясь на ещё одну фигуру в шёлке. На этот раз в шёлке идара, идущего по пути меча.

Навстречу мне снова ударили призрачные клинки.

И снова я взмахнул мечом, но на этот раз не пользуясь умениями меча. Не сейчас.

Два удара сердца, два толчка жара души по телу и я прорвался через Стену мечей, отделавшись лишь рассечённым в нескольких местах одеянием.

Ещё удар сердца, толкнувший жар души в ноги и я возле идара.

Столкновение мечей. Скрежет стали. Десятки ударов.

И снова я скалюсь. Не Великий паладин.

Он просто не успевает за мной. Даже Паладин бы уже ответил мне Покровом клинков, заставив бы меня пробиваться к нему через заслон сотен мечей.

Вот первый мой удар проходит через вязь его клинка и оставляет на шее алую ссадину.

Второй удар перечёркивает грудь, распарывая шёлк одеяния.

Третий удар пробивает ему сердце.

Мгновение я гляжу ему в глаза, а затем выдёргиваю меч из тела мертвеца.

Мне даже не нужно проверять, я и так знаю, что сердце реольца превратилось в лёд.

Что бы со мной ни происходило, но со времён битвы на болоте я гораздо лучше научился управлять со своей силой. Пусть эта сила и не очень похожа на умения меча.

Или не похожа на то, что показывал мне отец в детстве. Но это лёд. А лёд и свет — это умения Денудо. Как на цветах плащей нашего Дома.

Реолец падает, открывая мне взгляд на сражение.

Мои воины уже сцепились с реольцами. Кодик и Орак кружат вокруг второго идара, который сделал то, что не успел мой: защитил себя Покровом мечей.

Но он тоже не Великий паладин. Со склона звенят струной луки моих пятерых лучников. И раз они продолжают стрелять, а не сменили луки на мечи, значит, ауры Великого паладина на реольцах нет.

Я быстро огляделся, подмечая то, что происходит по сторонам. В такой свалке нет ничего хуже пропустить того, кто может убить тебя или твоих людей.

Слева на склоне ещё целы лучники реольцев. Но до нас они не добивают. Да и Илиот замер наготове. Не его это дело — лезть в гущу сражения.

Шаг левой, впечатывая ступню в каменистый грунт. Жар души наполняет это движение силой, срывая меня с места. Только и успевай переставлять ноги в заученных с детства движениях Северной тропы.

Мгновение и выставленный вперёд клинок вонзается в кружащие мечи реольца. Вспышка и уже мой Дождь клинков рвётся вперёд, пробивая преграду.