Шрифт:
Звон стали.
Реолец успевает встретить меня и мой меч. А через миг отшатывается, когда в него врезается тёмная пелена Устрашения. Мгновение растерянности дорого ему обходится.
Эта цена — его голова.
Вся битва продлилась не больше половины часа, старшие воины даже не успели устать. Непонятно на что надеялись реольцы. Даже не ударь я в спину и не уничтожь большую часть лучников, всё, что они сумели бы сделать — чуть замедлить Глебола и его отряд. У нас слишком много Великих паладинов, стрелы были бы бесполезны.
— Господин Лиал!
Я обернулся на крик. Тощий, который бродил среди мёртвых лучников реольцев, вскинул руку, в которой лежал глиняный шар. И глупо было думать, что это уцелевший наш. Тем более что Тощий тут же добавил:
— Их тут много, господин!
Вот и ответ. Вот на что они рассчитывали. Странно только, что эти шары были лишь у того отряда лучников, который расположился точно под нами. Как они собирались докинуть их до отряда Глебола? Или потом, когда реольцы бы начали отступать?
Раздался довольный голос:
— Ну и забирайте эти штуки себе.
Я обернулся на знакомый бас Глебола. Он одобрительно добавил:
— Тем более что у вас неплохо получается с ними.
Стоявший рядом с ним Визир хмуро заметил:
— Вряд ли ему снова так улыбнётся удача.
Глебол хмыкнул:
— Поглядим, — рявкнул. — Всем! Полчаса вам на трофеи и раны. Тяжелораненых оставить. Время не ждёт. Гонган приказал нам к вечеру быть в семи лигах отсюда! Время не терпит!
Глава 26
— Ваше величество, позвольте представить вам...
— Ну наконец-то!
Король бесцеремонно перебил советника, оглядел вошедшего и хмыкнул:
— Странно. Я слышал, что лучшей стала девушка. Но вижу перед собой парня.
Советник откашлялся:
— Ваше величество, это не совсем так, по сумме достижений на всех этапах отбора, именно Яшмовые весы стал лучшим.
Король усмехнулся:
— Да ладно?
Юноша, которого и пытался представить всё это время советник, неожиданно шагнул вперёд и склонился в поклоне:
— Ваше величество, вы правы, да, лучшей стала Нефритовые весы. Но мы решили, что старшим командирам армии будет неприятно получать советы от юной девушки. Первое время я возьму на себя эту ношу.
Король Лавой склонил голову к плечу, с любопытством спросил:
— А мне? Мне будет приятно ждать приказа от тебя?
Советник коротко хохотнул:
— Ваше величество, да о чём вы говорите? Вы же понимаете, что это не более чем советы? Разве бы они осмелили...
Советник подавился словами под взглядом короля.
— Я говорю не с тобой. Яшмовые весы, что ты скажешь?
Юноша кивнул:
— Все так и есть. Вам тоже будет неприятно получать приказы от девушки, ваше величество.
— А ты очень смел. Все эти прозвища, которые вам придумали, то, что вы не носите гербов ваших Домов... Ты и правда думаешь, что это сохранит тайну вашего происхождения?
— От врагов на первое время — безусловно. От вас, ваше величество? Конечно, нет. Но если для победы нашего королевства я должен говорить вам правду в лицо, то я буду это делать. В конце концов, я рискую гораздо меньше, чем те идары, что уже через час обнажат мечи и сойдутся в схватке с реольцами.
Король хмыкнул:
— Как ты юн, горяч и наивен, — советник при этих словах попятился, стараясь отдалиться от юноши. Король же хлопнул в ладоши. — Но этим ты мне и нравишься. Глоток свежего воздуха в отсутствие Вира. Ну что, Яшмовые весы, мне уже можно покинуть палатку?
Юноша кивнул:
— Да, ваше величество, я уверен, что сегодня они выложат свой козырь.
— А если нет?
— Тогда это сделаем мы, ваше величество.
— Тогда вперёд, Яшмовые весы, поглядим, насколько ты хорош в настоящем деле, а не на этих ваших выдуманных испытаниях и с фигурками на карте.
Королю Лавою это и правда было интересно. И он не разочаровался.
Как бы ни был молод этот парень, получивший прозвище Яшмовые весы, он не терялся, отдавая приказы и требуя подчинения от тех, кто был старше его и по возрасту, и, наверняка, по происхождению. Впрочем, видя за его плечом короля, никто и не пытался с ним спорить. Как и пытаться затянуть с исполнением приказов или отправкой гонцов.
И вот это уже была заслуга не уверенного тона Яшмовых весов, не короля, одним видом подкрепляющего его приказы, а мрачной славы королевских воинов, носящих глубокие капюшоны.