Шрифт:
Честно признался:
— Да я и не устал.
Хасок хмыкнул:
— Оно и видно. Раньше ты постоянно суетился, заставлял своего Ловкача рыскать по окрестностям. А сейчас плюёшь на половину уроков Кузни.
Невольно я поправил его:
— Он Тощий, а не Ловкач. Ловкач — это бывший вор с кровью Предка Эскары. Он погиб ещё...
Хасок отмахнулся:
— Ой, да какая разница. По сути-то я прав?
Он был неправ. Но мне хватило одной ссоры, поэтому я вздохнул и согласился:
— Прав.
Довольный Хасок, считающий, что взбодрил меня, ушёл к своим солдатам. А я ещё раз вздохнул и громко позвал:
— Дистим!
Он, заслуживший, чтобы я обращался к нему по имени, бывший Тощий, буквально через три удара сердца стоял рядом:
— Господин?
Я повёл рукой вдоль правого склона, очерчивая его будущий путь:
— Пробегись там. До... — помедлив, решил. — До ручья. Проверь, нет ли ещё реольцев среди деревьев.
Дистим поджал губы, кивнул:
— Понял господин.
— К ручью я пришлю десяток с флягами. Дождись их.
Он удивлённо распахнул глаза, но смолчал. Я не собирался ничего объяснять и просто махнул рукой:
— Вперёд.
***
Дистим мчался, на каждые десять шагов используя Шаги Северной тропы. Пока лишь первые два из тридцати. Но сказал бы ему кто-нибудь лет пять назад, когда он ещё жил в деревне и тайком охотился в лесах своего владетеля, что скоро он станет Осенённым и начнёт использовать огонь души в техниках, которые ему лично передаст наследник Дома...
Он бы рассмеялся ему в лицо и посоветовал бы пойти проспаться. Толку от крови Предка Фирма в жилах? Так, лишь повод для насмешек. Особенно когда выходишь драться с парнями, а твой кулак чуть ли не вдвое меньше, чем у них.
Но господин, конечно, пугает. Два дня назад он так точно определил, где сидит наблюдатель реольцев. С тем каменными пиком, конечно, ошибся бы только полный лопух. Но тот, который сидел в чаще. Как господин его отыскал?
Да и сейчас. Может быть здесь и есть ручей.
Но откуда господин знает, где этот ручей? Безымянный его прокопает, что ли? Как можно назначить встречу в неизвестном месте? А что если дотуда два дня идти? Или я пройду чуть ниже этого ручья?
Одни вопросы.
Под ногу попал камень, заставив споткнуться и кубарем покатиться вниз, цепляясь за корни.
Поднявшись, Дистим выругался, ещё раз помянув Безымянного. Пожалуй, нужно больше смотреть под ноги и меньше думать о странностях господина.
Хёнбен Глебол с утра что-то показывал идарам на карте. Наверняка там и ручей этот был нарисован.
***
Адалио недовольно буркнул:
— Здесь этих нор, будь они прокляты вместе с Безымянным, как дырок после нашествия моли. Здесь что, что-то добывали? Никогда об этом не слышал.
Глебол пожал плечами, мне даже почудился треск шёлка, буркнул в ответ:
— Приказ есть приказ. Гонган приказал нам заткнуть их все. Как бы ты действовал?
Адалио тяжело вздохнул, снова склонился над картой. Я же напротив, шагнул назад. Нарисована она плохо, второпях, некоторые линии едва видны. Да и к чему умничать? Кузня отлично показала, кто и чего стоит. Схватка отряда на отряд — это самое большее, на что я способен.
Просто послушаю и буду действовать так, как скажут.
— Основная часть нор, видимо, здесь.
— Согласен. Но есть ещё западный проход.
— Нужно будет выделить и туда большой отряд.
— Выделим.
— Мелкие тоже игнорировать нельзя. Через них тоже можно вывести Жнецов.
— Гонец на словах указал, что часть нор тупиковые, они не ведут на ту сторону хребта Ожерелья.
Адалио изумился:
— А есть разница? Ведь наоборот, удобней загнать туда пленных и не бояться, что они разбегутся. Где они их только столько взяли?
Глебол не стал отвечать на последний вопрос, кивнул:
— Снова согласен.
Адалио помолчал и буркнул:
— Тогда делимся на части.
— Большую часть к главному проходу. Меньшую на восток.
Кусок угля прочертил линию на карте:
— Тогда пусть они двигаются вот так, заодно проверят шесть из этих малых проходов.
Глебол ткнул пальцем:
— Остальные? Особенно вот эти?
— Выделим большой отряд, который их проверит.
— Большой?
— Такого размера, чтобы они справились с тремя-пятью десятками Жнецов и успели подать сигнал, если их там окажется больше.