— И снова ты себя коришь за то, что является нормальным в изучении чего-то.

Орфей грустно посмотрел в сторону. В проёме, к оному плечом прислонившись, стояла Блейз. Как и прежде, девушка улыбалась. Создавалось ощущение, будто она вообще неспособна на проявление иных эмоций, ничего общего с положительными не имеющих. Она весёлая, позитивная, оптимистично на всё смотрящая и никогда не унывающая. Даже тогда, когда возвращается домой ужасно уставшей.

— Я делаю всё, как указано в твоём рецепте, сестра, — сказал Орфей. — Всё аккуратно и точно. Ни одну резу не запорол. Но вода всё равно не сваривается.

Блейз подошла к брату. Окинула любопытным взглядом его творчества, после чего взъерошила ласково блондинистую макушку.

— Ты продолжаешь использовать математический подход к варке, Орфей, но совершенно забываешь о духовном её наполнении, — объяснив, девушка взяла из его рук рожок, проведя по нему пальцами. — Орфей, музыка — не математика. Последовательность необходима лишь в нотах, но никак не дыхании и чувствах.

— Я не понимаю, сестра. Ты же сама говорила мне, что чтобы воду подчинить музыкой, надо о хорошем думать. — Не только думать, но и чувствовать.

Орфей грустно на блондинку посмотрел.

— Ты пытаешься думать о хорошем — а сам в это время волнению предаёшься, — Блейз ещё раз глянула на резы, чтобы убедиться в их верной последовательности. Затем прижалась губами к рожку и сыграла незамысловатую мелодию. Казалось бы, она повторила ровно те же действия, что и Якер — однако второй графин не разлетелся. Вода в нём лишь задрожала немного, но этом всё и кончилось. Девушка разлила её по стаканам и вместе с братом выпила.

— Эх, — Якер ещё больше загрустил. Прилив энергии и бодрости, увы, не замотивировал его, а только больше обострил уныние в нём. Ибо у Блейз живая вода сварилась буквально за пару секунд, а вот он даже спустя столь долгое время никак не смог освоить стихию музыкальной умиротворённости.

И дальше бы Орфей продолжил грустить, не обними его вдруг Блейз со спины — очень трепетно, нежно и совсем по-матерински.

— Попробуй ещё раз, малыш. Только думай не этим… — блондинка ткнула пальцем ему в голову. — А этим… — опосля ладонь на грудь ему кладя, где билось сердце.

Процедура повторилась. Снова Орфей начертил резы вокруг графина с водой. Снова сверил их с теми, что были в рецепте указаны. И вот он берёт в руки рожок, а сам волнуется ужасно, боясь повторения предыдущих результатов. Однако Блейз была рядом. Её присутствие было успокаивающим, и Орфей, чуть поколебавшись, попытался в сей час думать именно сердцем.

В своей жизни Орфей находит лишь одно утешение — в старшей сестре. Он слишком рано стал сиротой и рос в чужой стране, где уровень жизни был на три головы ниже, чем в Эйрии и уж тем паче в Лимитере. Ему пришлось сызмальства учиться, пойти в школу в шесть лет и пытаться совершенствоваться в том, в чём его, увы, жизнь обделила — в охотничьем ремесле. С последним аквариец, к несчастью, постоянно проваливался, зато в предыдущих двух активно развивался. В школе он стал настоящей золотой находкой, а его удивительная эрудированность в столь юные годы не могла не вызывать восхищения у других…

Вот только Орфей знал: ничего бы этого не было, не поддерживай его всегда Блейз. Она заменила ему отца и мать. Сделала всё от себя зависящее, дабы брат не голодал, спал в тёплой постели и жил не хуже других людей. Именно эта девушка учила его самым сложным резам, благодаря ей маленький аквариец смог найти своё истинное предназначение в жизни и только её любовь вселяла в него уверенность, веру в себя, желание становиться лучше. Не будь Блейз рядом — и Орфей попросту бы сгинул в объятиях суровой реальности. Безмолвно и бесславно.

Орфей чувствовал себя обязанным Блейз. Последняя буквально жизнь свою посвятила ему, и он истово клялся себе, что однажды всем ей отплатит. Обязательно сделает так, чтобы она обрела счастье ничуть не меньшее его. Выйдет замуж за очень доброго, надёжного и состоятельного человека, станет мамой, опосля заживёт красиво, сказочно. Потому и трудился маленький Орфей, рук не покладая, чтобы реализовать свою мечту как можно быстрее. Мечта всей его жизни — чтобы у Блейз всё было хорошо. Только ради этого он и жил.

— Моя ты умница! Я же говорила, что у тебя всё получится.

Орфей не сразу понял, что сейчас Блейз искренне им восхищается, а взгляд её направлен на графин с водой. Он не разлетелся вдребезги. Варка прошла не просто успешно, а воистину великолепно. Акварийцы испили немного для пробы и остались довольными.

Это был первый раз, когда Орфей смог сварить живую воду.

— Орф! Эй, Орф, очнись!