Оставив горячую дорожку из поцелуев на шее и ключице, он спустился пониже и втянул в рот напряжённую вишенку соска, захватив вторую в плен своих пальцев. В низ живота тут же стрельнули знакомые медовые молнии, и я инстинктивно выгнулась.

Я уже изнывала от потребности быть наполненной. Зарывшись пальцами в светлые пряди моего аристократа, потянула его на себя. И сама подалась ему навстречу, потираясь о его возбуждённый до предела член.

— Моя звёздочка… — хрипло выдохнул Лоран, закидывая мои ноги к себе на плечи и проникая внутрь до упора длинным плавным толчком.

Это было так классно и так необходимо мне, что я не сдержала громкого стона. Муж двигался размеренно, методично, глубоко, доставляя мне солнечное наслаждение с каждым своим толчком. А играющие с моей кожей пузырьки джакузи добавляли ощущениям остроты.

Оргазм накрыл нас одновременно, выкидывая сознание в параллельную реальность со сверкающими кометами перед глазами и невыразимо сладким цунами, накрывшем всё тело от макушки до пят.

— Люблю тебя, девочка моя, — Лоран покрыл моё лицо нежными, невесомыми поцелуями.

Он быстро и деликатно помог мне снять остатки макияжа, вымыть волосы и вообще помыться целиком, после чего тщательно вытер большим махровым полотенцем, натянул на меня мягчайшую ночную рубашку и отнёс на кровать.

Как оказалось, Родни к этому времени успел перестелить постель, поэтому я была уложена на чистую, не замасленную, пахнущую луговыми цветами простынь.

— Всё хорошо, звёздочка? Мы тебе ничего не натёрли? Нигде не болит? — заботливо уточнил Лоран, накрывая меня одеялом. Сразу видно: истинный врач, всегда и в любой ситуации.

— Не волнуйся, с ней всё хорошо, — ответил за меня Родни. Видимо, как эмпат, почувствовал моё состояние размякшей, сонной и невероятно счастливой зефирки.

— Угум, — кивнула я, быстро засыпая между тёплыми, уже родными телами своих мужей.

А проваливаясь в сон, почувствовала ещё чьё-то осторожное прикосновение к лодыжкам. Отрубающийся мозг выдал мысль, что на кровать проникли вездесущие барсики, но я тут же вспомнила, что Сэм и Тим теперь лишены оборота. Неужели они устроились в ногах в мужском обличье?

Веки были слишком тяжёлыми, чтобы поднять их и проверить эту версию.

Но то, что у меня не глюки, подтвердил озадаченный голос Родни:

— Да вы издеваетесь, мужики!

Со дня свадьбы прошло три относительно спокойных недели.

Почему относительно? Потому что, во-первых, некоторое время я ещё дёргалась, переживая из-за Клэвиса и Эранта. Было страшно даже думать о том, что могут предпринять эти венценосные шакалы и потакающая им мать. Но недели шли одна за другой, ничего плохого не происходило, и внутреннее напряжение потихоньку начало спадать. Охрана особняка у меня была организована на высшем уровне, а в поездках всегда сопровождал вооружённый конный отряд, и они наверняка это знали. Может, принцы уже успокоились?

А во-вторых, пришлось повозиться, обустраивая общий быт в Риверсайде на семерых моих мужчин. Вдобавок Родни умудрился раздобыть и подарить мне ещё шестерых эльфов — собратьев Даниэля. Так что в очередной раз возникла проблема перенаселения в моём особняке.

В доме, где изначально было пятьдесят гостевых комнат, требовалось как-то разместить восемьдесят пять невольников и двух мужей. Даже двадцать новых комнат на чердаке и три переделанных из кладовки ситуацию уже не спасали.

По тимеранским обычаям, все мужья должны проживать в доме жены. С переездом ко мне Алистера проблем не возникло: он жил в подсобке при клинике, откладывая наибольшую часть заработанных денег на свою мечту — открытие собственного медцентра. Так что парни за один заход помогли ему перевезти его скромные пожитки в Риверсайд.

С Родни было посложнее. Обсудив с ним эту ситуацию, пришли к тому, что здесь у него будет личная комната, как и у остальных моих мужчин, а в своём особняке он продолжит проводить опыты, иногда оставаясь там на ночь.

Поместье Родни носило название Стоун: он построил его с нуля, купив землю недалеко от дома матери. А поместье моей свекрови — Карины Стоун — носило название Нивар, потому что ей выделили его как новоприбывшей. Я уже начала немного разбираться в этой системе с названиями и понимала, что поместья не подлежат переименованию. Кто его построил — тот и давал имя, навечно. В основном лишь у родовитых коренных тимеранцев их фамилия и название особняка могли совпадать, как, например, поместье Этери, принадлежащее Виоле Этери.

Чтобы разгрузить Риверсайд, мы решили отправить часть рабов в поместье Стоун. Но тут снова вышла заминка: кого именно туда отселять? Тэй категорически отказался разделять своих людей. К тому же звёздные десантники были профессиональными охранниками, мне нужна была их защита. Тринадцать эльфов? Но они тоже были отличными воинами, и вдобавок я видела, как Даниэль радуется общению с ними.

В итоге в поместье Стоун переехали двадцать пять человек: тринадцать мужчин из первой партии, купленных вместе с Майком, и двенадцать беглецов с рудников (но тех девятерых, что жили в Риверсайде при госпоже Артее, мы трогать не стали).