Великан хмуро отмалчивался и понимая его состояние, постарался его успокоить:

— Ты не проиграл Малек, Пастэр был отличным бойцом, но то, что я увидел сейчас, мало похоже на искусство боя. У меня сложилось ощущение, что он просто обрел неимоверную силу и применил ее.

— Вот неимоверная сила, — вспылил гигант и сломал кулаком небольшое дерево рядом с собой.

— Ты не понял, — как маленькому, снова попытался объяснить я. — У него необычная сила. Он мутант. А тот, кому служит, скорее всего наградил его этим “даром”, но какая цена была или будет взамен, думаю нам лучше не знать.

— И все равно обидно, — пробурчал уже не так раздраженно Малек.

— Обидно, это если бы проиграл мне, в честном бою, а мутанту не обидно, — поддержал меня хохолок.

Мы подготовили оружие, выбросили все ненужное и немного посовещавшись, решили устроить засаду. Я понимал, что озлобленная семейка, соберет всех и придут они за нами именно сюда, чтобы дальше пойти по следам. На этом я и хотел их поймать. Стараясь как можно больше наследить, прошли от горящей деревни в лес и углубились внутрь. Потом, аккуратно вернулись кружным путем и расположились у небольшой полянки с разных сторон, куда должны были прийти преследователи. Я помнил сколько занимает дорога и раньше их ждать, точно не стоило. Мы поели, обговорили как будем действовать и на всякий случай придумали план отхода, если что-то пойдет не так.

Начинало светать, когда первые разведчики появились на поляне. Они внимательно смотрели себе под ноги и даже не предполагали, что те, за кем охотятся не сбежали, а находятся рядом. Помня, про хорошее чутье на опасность, замаскировались на совесть. Я проверил, как смотрятся наши лежки с разных сторон и остался доволен. Наконец, на поляну стали выходить все новые и новые мутанты. После тридцати пяти сбился, так как из леса вышла группа людей, человек в двадцать, в ней находились Пастэр и Вельмут. Задача была простой, подпустить их ближе и уничтожить как можно больше, а если кто-то останется в живых, в дело пойдет холодное оружие. Нам почти удалось задуманное. Ближе к середине поляны, идущий первым поднял руку, призывая остальных остановиться. В этот момент, как и договаривались, я открыл огонь, а за мной последовали друзья. Патронов не жалели и хоть враги залегли в траву и отстреливались, мы продолжали опустошать рожок за рожком. Первым поднялся Малек и во весь рост пошел к середине поляны. По нему ударили сразу несколько стволов. Мы с хохолком всадили туда остатки патронов, не боясь задеть нашего товарища и снарядив по последнему магазину поднялись и пошли в сторону, где залег враг. Не убирая оружия от плеча, тут же стреляли в любое движение, которое видели над травой. Здесь очень помогла винтовка Блика. Он настолько к ней приспособился, что стрелял, даже не приникая к прицелу. Мы сжимали кольцо из трех человек и перезарядившись последний раз, в диком напряжении замкнули наше окружение. В Малька ударила очередь и обогнув, ушла за него. Патронов больше не было, но и врагов кроме двух сильно раненых, не осталось.

— Где они? — зверея от злости, спросил я зажимавшего на груди рану, молодого бойца мутантов.

— Уползли, — прохрипел он.

Трава была действительно высокой. Мы обежали вокруг сколько смогли, но никого не нашли.

Насчитали пятьдесят два трупа. Значит эта мерзкая семейка и возможно еще кто-то, смог убежать и теперь наверняка идут обратно в деревню. Идея что делать, родилась мгновенно. Мы вернулись к догорающим домам и оседлали недалеко пасущихся лошадей. За много лет, они стали совершенно домашними и никуда не собирались убегать, только с тревогой косились своими огромными глазами, на затухающий огонь. Животных не щадили и через несколько часов, лошадь Малька пала без сил. Он пересел на другую, которую предусмотрительно взяли с собой и остаток пути пришлось скакать не так быстро. Солнце еще не зашло, а мы уже стояли возле закрытых ворот.

Великана оставили в лесу, чтобы не привлекать к себе внимания и сделали вид, будто пришли из города, поговорить со старшими. Нас запустили, но объяснили, что придется подождать. Почти все мужское население, в том числе и верхушка, ушли по важным делам и возможно будут завтра. Мы с Бликом решили, что как только вернется Вельмут и Пастэр, их надо сразу уничтожить без всяких разговоров. Нам выделили комнату, покормили и оставили возле нас подростка, якобы для помощи и связи, а затем разошлись по своим делам. Зуб молчал, получалось, что все мутанты ушли на охоту за нами, а мальчишки, которые встречались на моем пути, видно еще были не обращены.

Я шел с беззаботным видом и все ближе и ближе подходил к дому сестры. Предварительно зашел в несколько других мест, чтобы отвести подозрение, если вдруг кто-то, будет потом разбираться куда я заходил. Вот и знакомый двор. Прошел по улочке чуть дальше, затем вернулся и тихонько юркнул в открытую дверь. Затем прошел чуть глубже и оказавшись внутри замер.

Сестра сидела за столом и подняв глаза на секунду замерла, а потом вскочила и бросилась ко мне на шею.

Она целовала мое лицо и слезы катились из ее глаз.

Так мы и стояли обнявшись, пока наконец она не отстранилась и потянула меня за собой. Мы зашли в комнату и приложив палец к губам, девушка выглянула в окно, а потом прикрыла ставни.

— У нас всем заправляют мутанты, моего мужа и братьев, заставляют стать такими же. Обычным людям все тяжелее и тяжелее, мы думаем надо бежать.

— Слушай меня внимательно, — я так же тихо, как и она шептал слова. — Почти никто из тех, кто ушел, не вернется обратно. Это отличная возможность покончить с ними со всеми. Нашей с тобой деревни больше не существует.

— Это я знаю, — зашептала сестра, они сказали, что кто-то напал на нее и все взрослые, которые принадлежат клану, собрались и ушли. Это был ты?

— Да. Я был с друзьями и сжег там все дотла, а тех, кто пошел меня поймать, мертвы, кроме Пастэра и Вельмута и возможно еще нескольких.

— Пастэр стал очень страшным. Он за это время обращался два раза, и кто-то наделил его ужасной силой и нечеловеческой злобой. Люди говорят он служит какому-то высшему лесному существу, — в страхе поведала сестра.