— Немудрено, от такой канонады, которую ты устроил, попряталось все живое, вон даже техника останавливается — сказал Эрик, внимательно следивший за процессом.

Он хлопнул меня по плечу и вышел. Я хотел было последовать за ним, но решил остаться и рассмотреть невиданное доселе место. Ученые о чем-то переговаривались, а я, слоняясь, начал разглядывать все, что попадалось на глаза. Незаметно для всех, оказался в небольшой подсобке, где стоял длинный, узкий стол, на котором выстроились в ряд, формы разных склянок.

— Они не должны узнать о белом болоте, — услышал я шепот и замер, стараясь не пропустить ни единого слова.

Дальше было неразборчиво, и мне пришлось тихонько шагнуть к тонкой стенке, отделявшей от говоривших и расслышать окончание фразы:

— Последний ингредиент…болото…икто…не …узн…

Голоса вновь стали громкими и смешались, уводя говоривших в другое помещение.

Белое болото и есть то последнее звено, которое не достает для того, чтобы закончить опыт, понял я. Значит не только мне известно о его свойствах. Выходит, сейчас я узнал последнюю составляющую, к формуле вечной жизни. Выходит ученые, а теперь и я, владеют тайной, недостающего состава для формулы. Научники будут молчать, понимая, что иначе их убьют. Помалкивая, они будут жить, просто продолжив работать в другом городе и на других людей, выдавая информации ровно столько, столько нужно для сохранения жизни. По крайней мере пока они ищут якобы недостающий элемент в формуле, то будут нужны.

Никому не сказав об услышанном, так же тихо и незаметно вышел из дома и присоединился к остальным. Все оружие было загружено в машину, трупы обысканы и принято решение возвращаться. Ученых из противоположного лагеря взяли с собой. Они не возражали, понимая, что нервы у бойцов на пределе и если начнут качать права, то их запросто могут оставить прямо здесь, только с дыркой в голове.

Что же получается? — думал я, трясясь в кузове автомобиля и делая вид, что сплю, чтобы поубавить возникшее ко мне внимание и разные вопросы. На коленях лежал трофейный автомат, холодя ладони отполированной сталью.

Когда мы оказались одни, Эрик рассказал, что работает на очень серьезного человека в правительстве и если я захочу, то он поговорит обо мне.

Из деревенского парнишки я за короткий период превратился в наемника, а теперь еще и появилась возможность, подняться на уровень выше. Он не торопил и дал время подумать, а думать было над чем. Вернувшись в город, не знал как все будет. Может всплывет информация и меня обвинят в убийстве Сайриса или дойдет слух что именно я организовал бунт в деревне и убивал жителей. Но даже если не это, то какие перспективы в будущем?

Я был уверен, после случившегося меня возьмут в отряд. А что дальше? Наемники живут не так долго, как хотелось бы и мое везение рано или поздно закончится. Согласиться на предложение Эрика? Заманчиво, но… я успел увидеть и даже где-то изучить этого человека. Он ни перед чем не остановится, чтобы достигнуть своей цели и если я окажусь на его пути, то просто перешагнет и пойдет дальше. Синтетики, в зависимости от их прокачки, лишены чувств в большей или меньшей степени. Основная его цель мне была понятна. Мы оба видели, что случается с теми, кто не может продолжать прокачивать свое тело. Наверное откажусь. Побуду какое-то время с Рупером, а потом если все будет не очень, пойду к деревне и постараюсь отомстить за смерть Каса.

Мне бы пулемет, — подумал я, — тогда покончил бы со всеми мутантами одновременно. Почувствовав, как при этой мысли всколыхнулась темная сторона, тут же постарался перестать думать о расплате.

Уезжая, мы затащили все трупы в дом и подожгли. Оставлять их на растерзание, было неправильно, закапывать некогда, а вот сжечь, казалось единственно верным решением. Так мы уничтожили лабораторию врага и забрали его ученых, которые чтобы повысить свою значимость, сказали, что продвинулись в разработке формулы или даже стоят на пороге ее завершения. Я понял их хитрую игру и видел, как Эрик и Рупер разговаривали с ними, смотрели бумаги и по взволнованным лицам догадался, произошло что-то из ряда вон выходящее. Старший и Синтетик, теперь вместе с умниками ехали в одной машине. Объездную дорогу, которую выбрали для обратного пути, знал только Рупер, да и то, он ездил по ней один раз и уже очень давно. Мы часто останавливались, сверялись с картой, которую то и дело разворачивал и сворачивал старший, совещаясь с телохранителем и водителями.

— Зараза! — пробурчал Азимут.

Я вопросительно посмотрел на него, а он ощупывая карманы ответил:

— Потерял свой нож, с резной рукоятью и только сейчас это обнаружил.

К лесу подъехали уже не по дороге, а по каким-то колдобинам. Стало ясно, мы заблудились. Темнота еще не сгустилась, но начиналось то время суток, когда день уже сдавал свои позиции и уступал место сумеркам.

Я подошел к столпившимся у разложенной на капоте карте и заглянул через плечо Рупера. Линии, разветвления, длинные узкие полоски, расходящиеся в разные стороны пунктирами, обозначения леса и еще неизвестные символы, были нарисованы на большом куске бумаги.

— Я думаю, мы здесь, — ткнул в карту один из водителей.

— Нет, — возразил другой, тогда что это? — он в свою очередь провел пальцем по одному из обозначений.

— Как говорил один уважаемые человек, — «Утро вечера мудренее», — сказал я.

— А вот это точно, — согласился старший и одним движением свернул лист с маршрутом.

— Заедем чуть дальше, чтобы не было видно костров, переночуем, а утром будем думать.

— Может надо было все-таки ехать прежней дорогой? — спросил один из водителей.