Частный детектив подробно доложил о ходе и результатах расследования. Как только прозвучало имя Лукреции Брасс, один из пассажиров грязно выругался, но деньги были переданы без разговоров. Следующий вопрос звучал так:

— Что решили слушатели после вашего отчёта?

— Велели прекратить расследование. Вилли не питает зла против того, кто приготовил яд. Ему достаточно было узнать имя убийцы. Нельсону вообще это расследование по барабану, он только посредник. Сжёг все бумаги и сказал, что уже забыл подробности.

— Какое правильное решение! И вновь верный ответ! Получите. А что действительно ВСЕ бумаги сожжены и ничего не осталось?

— Честно говоря, кое-что записано в моей записной книжке. Вот она.

— Нужен подробный ответ. Подробный! В вашей конторе что-то осталось?

— Нет. Я же не дурак хранить такое в сейфе.

— Ответ признан условно правильным, но подлежащим проверке.

— И оплате?

— Конечно! Держите. Слышали ли вы, какие либо имена или упоминания о драгоценностях?

— Чего не было, того не было. Врать и придумывать не буду.

— Совсем ничего? Может что-то другое интересное?

— Нет. Точно нет. Я стреляный воробей, всегда держу нос по ветру. Ничего хоть чуть интересного даже намёком не проскальзывало.

— Нет, так нет. Ничего не сделаешь. Получите положенное. Вы готовы ответить на последний вопрос?

Машина остановилась на пустынной набережной.

— Готов!

— Прекрасно! Куда покойник может потратить деньги?

— Никуда, наверное.

— Ответ неверен! Он может оставить их живым! И после такого неверного ответа вы сразу вылетаете из игры!

С этими словами громила схватил обе руки Джуэрса, причём детектив всё ещё держал пачку выигранных денег. А седок с заднего сидения стремительным, почти изящным жестом накинул на горло детектива гарроту.

Через несколько минут всё было закончено. Водитель распорядился:

— Приберитесь тут. В багажнике мешок и кирпичи. Потом заедем в его конторку, посмотрим, может что-то всё-таки осталось. Такой хмырь соврёт, недорого возьмёт. Вдруг ещё что-то интересное там найдём.

— А ведь как он пел! Всех за недорого сдал.

— Если бы не знал про Лукрецию, мог бы ещё пожить.

— На перилах этой набережной, про всех плавающих ниже, можно было бы написать: “Они слишком много знали!”

— Этот… Нельсон? Что с ним будем делать?

— Нас он каким боком касается? Бумаги сжёг, по слухам, с полицией в контрах, расследовать дальше не собирается. Он нас не знает, мы его не трогаем. Пусть так оно и остаётся. Хотя… Для надёжности можно поговорить.

— Поговорим. А вот Люци какой же гадиной оказалась! Родного мужа насмерть извела!

— Да уж! Хотя денежки она всегда любила. Но стоит отдать бабоньке должное — не слишком их мотает, она экономная женщина.

— Витторио про Лукрецию говорить стоит?

— Придётся. Ты же пока у него на испытательном сроке. Пускай он тебе побольше доверяет, а ты ушки навостро держи. Про алмазы услышал, может ещё что интересное мимо пролетит.

— Ладно, доложусь. Намекнуть, что мы легаша к ногтю?..

— А вот этого не надо! Зачем давать против себя показания? Сейчас ты с ним, а как оно после обернётся? Опять же, слухи пойдут, полицейские услышат. Всегда говори правду, но не всю — встретили, расспросили, заплатили, расстались.

— Если спросит — почему мы вдруг стали спрашивать легаша?

— Не спросит! Он не дурак, сам понимает, что старая команда Вилли обязана была поинтересоваться — зачем посторонние люди на могилу их босса пришли?

Церковь

— Извините, патер… Бенедикт? Мой исповедник….

— Да-да! Вы Ксавье Моппетт? Я вас ждал, сын мой. Присаживайтесь. Церковь вам благодарна. Вы поделились своими сомнениями. Конечно, оборотней нет и быть не может, но лучше не смущать неокрепшие умы прихожан такими байками. Пойдут ненужные слухи. Начнётся паника. Пресса поднимет беспредметный шум. Кое-кто станет сомневаться в истинности видения окружающего мира. Словом, лучше умолчать и самим разобраться ни с чем не подтверждёнными слухами.

— Понимаю…

— Однако мистер Нельсон дал вам верный совет — прийти в Храм Божий и поделиться своими сомнениями. Кто как не Церковь должна была бы бороться с порождениями Тьмы? Конечно, если бы те существовали.

— Но всё же, патер, могу спросить — хоть какая-то крупица истины в словах мистера Нельсона есть?

— Вот видите?! Даже лучшие из паствы впадают в смущение!

— Прошу прощения.

— Ничего страшного. Это у вас с непривычки. Вот возьмите. Этот оберег зачарован специально против в полнолуние изменяющих свой облик. Против тех, кого нет и быть не может. Не снимая, носите его на груди, рядом с крестом. Хуже не будет. А вот некоторое количество освящённых патронов. Они тоже серебряные, но сильнее подарка мистера Нельсона. Старайтесь попасть в голову или в сердце — так надёжнее будет.